Паника! Вот что она сейчас почувствовала!
Что она вытворяет?!
Что она насочиняла? Подслушала разговор двух медсестер в больничном клозете и решила, что какие-то злодеи-врачи хотят отнять почку у сына! Это же маразм! Может, девицы фильм обсуждали или насочиняли ужасов, а она кинулась Степана спасать!
– Что я делаю?! Господи, что я делаю?!!
Ей не хотелось уезжать от дома, от мамы, от своей уютной постели, от теплой защищенности любимой квартиры. Следом за паникой и отчаянием, порожденными ею, пришла совсем страшная мысль: «А если Степан действительно серьезно болен, я ведь не специалист и ничего не понимаю в этом! Я унесла его из больницы, а вдруг наврежу этим ему невероятно?!»
Она задохнулась от этой мысли, прижала от страха ладонь к губам и прошептала совсем уж страшное:
– А если промедление для него смертельно!.
Слезы, на которые у нее просто не было сил все эти дни, сами собой покатились по щекам, по ладони, прижатой к губам.
– Мама права, – прошептала Вика.
Она торопливо дрожащей, мокрой от слез рукой завела машину, заглохшую во время ее страшных открытий."
"– Надо срочно вернуться в больницу! Извиниться. Нас ведь примут назад! Обязательно примут! Я придумаю что-нибудь, а хоть бы про ту же клинику!
Выруливая со двора на улицу, Вика вдруг с размаху нажала на тормоза и неизвестным ей до сих пор, вылезшим откуда-то из ее шалого существа, замешанного на материнском инстинкте, чутьем, сделавшим голос низким и утробным, проорала, приказывая себе:
– Стоять! Ты куда, идиотка?! Сбрендила?!
Она откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза, давая возможность заполнить сознание этому чутью и инстинкту, избавляющему от приступа трусливой паники.
«Боже мой, я только что чуть не отвезла Степана назад!»
Паника отступила, оставив в покое рассудок и мелкую дрожь в руках как напоминание.
– Так не пойдет, – прошептала Вика, глядя на трясущиеся руки, – так можно и ребенка угробить!
Она заставила себя вспомнить подслушанный разговор, еще раз сопоставить все факты, прокручивая и прокручивая в голове каждое услышанное слово, сказанное медсестрами, каждую интонацию.
Да, она не врач и не специалист, но она мать, которая всегда точно чувствует и знает, болен ли ее ребенок или здоров.