"
"Вика поплелась в ванную, только по дороге сообразив, что раздета, но ни тот факт, что она в нижнем белье и майке, ни осознание того, кто ее раздевал, не взволновали ее сейчас.
Она чувствовала отупляющую усталость. От пережитого нервного напряжения и таскания на руках Степана всю ночь у нее болели все мышцы, у нее даже ногти на руках болели и мозги, и вся жизнь прошлая болела.
Горячая ванна немного помогла, ослабила боль, превратив ее из острой в ноющую. Вика с трудом вытерлась, заставляя себя двигаться.
Она сидела на кровати, уперев локти в колени и свесив кисти рук между ног, опустив голову и уговаривала себя встать и дойти до кухни. Чай, пожалуй, она не осилит: заваривать, наливать, мыть чашку, а вот просто воды очень хотелось.
Не постучавшись, вошел Егор, подошел и присел перед ней на корточки.
– Что-то болит?
– Все, – ответила Вика, не поднимая головы. – Я Степку всю ночь на руках носила, а он тяжеленький мальчик.
– Об этом мы потом поговорим, как ты вообще ушла из больницы.
– Потом, – согласилась она.
– Джинсы ты зря надела, теперь снимать придется.
– Это мне уже не осилить, но ты же распорядился: чай, а на кухню надо как-то идти.
– Не надо, я принесу, ложись.
Он уложил ее, подчинившуюся беспрекословно, на кровать и второй раз за утро снял с нее джинсы.
– Где Степан? – спросила Вика.
– Смотрит мультики, – выходя из комнаты, ответил он.
Когда Егор принес чай, Вика изо всех сил боролась со сном.
– Мне лучше не спать, а то опять кошмар приснится.
– Не приснится, я сделаю тебе сейчас пару уколов, и ты будешь спокойно спать, без сновидений.
Пока она пила чай, он что-то там делал на туалетном столике, она не видела, но, когда он подошел к кровати, в руке у него было два одноразовых шприца, наполненные каким-то лекарством.