Егор, придя в штаб, обзвонил знакомых, друзей, орал охрипшим голосом в трубку, матерился, но добился того, что через сутки получил посылку, в которой было мумие, настоящее, налипшее на кусочки камней, и еще целая куча почти неизвестных тогда в России препаратов.
Он сам вливал в бесчувственного капитана лекарства литрами, не доверяя их никому, и боролся со смертью, как с личным врагом, кричал ему в ухо, что если он, хрен последний, вздумает умереть, то Егор его сам, лично, придушит.
И Денис пришел в сознание, открыл глаза, попытался улыбнуться и еле слышно прохрипел:
– Док, ты что, офигел, чего ты так орешь?
Егор готов был его расцеловать, но вместо этого дернул пятьдесят граммов спирта и пошел оперировать.
"Денис пошел на поправку, и через пару дней его отправляли вместе с другими ранеными в госпиталь. Он улыбался Егору, когда его уносили на носилках, и прижимал к груди пакет с лекарствами и подробной инструкцией, как и что принимать.
Через пять месяцев Денис ворвался в полевой госпиталь, неся на руках парня и громко требуя Князева. Услышав знакомый голос, Егор вышел из операционной, оставив накладывать верхние швы ассистента.
– Чего ты орешь как скаженный? – снимая халат, спросил он.
– Егор, спаси мальчишку! – прохрипел Денис.
Осмотрев молодого лейтенанта, Егор устало потер лицо и сказал:
– Денис, я не Господь Бог.
– Меня же ты собрал! – возразил Денис.
– У тебя был хотя бы один шанс из ста, а у него и этого нет, – устало пояснил Егор.
– Попробуй, Князев, прошу тебя! – взмолился Денис.
И Егор попробовал.
Когда он вышел из операционной, главный, посмотрев на него, приказал:
– Все, Егор, отдыхать! Сутки я тебе не дам, но двенадцать часов чтобы тебя здесь не видел!
– И на том спасибо! – еле ворочая языком, поблагодарил Егор.
В этот раз им повезло: госпиталь развернули в здании, разбитом от второго этажа и выше, но с сохранившимся полностью первым этажом, правда, без единой двери.
– Ну что? – спросил, поднимаясь с места.
– Выпить есть? – ушел от ответа Егор.
– А то как же!
Денис подхватил его под локоть, видя, что от усталости Егора качает, и отвел в комнату для персонала. Здесь стояли кровати в два яруса, где они и не жили, а, собственно, только спали между дежурствами.