– Это он попросил тебя со мной поговорить? – быстро спросила Инга.
– Нет. Я сам. Зачем ему меня просить, если я и сам вижу, что с тобой что-то не так? Что тебя, красавица наша, так тревожит, что является в ужасных снах? Опять твои знаки-символы?
– Нет, – вырвалось опрометчиво у Инги. Даже брат не знает, что она утратила силу. И что «знаки» в виде предчувствий и вещих снов ее больше не посещают и, видимо, посещать не будут. Даже с бабушкой утрачена «связь». Инга вообще перестала видеть сны, кроме кошмаров, отражающих минувшие события.
– Я уже и не помню, Вадим, что мне снилось, – неловко соврала она. – После пробуждения тут же забываю.
– Однако… – покачал головой брат.
– Вадим, не бери в голову! Ничего страшного со мной не происходит! Это… Это просто мои женские страхи и сомнения.
– Сомневаешься в Чернове? – нахмурился он и даже придвинулся к сестре ближе, так, что его грудь соприкоснулась с краем стола. – Не можешь до сих пор забыть тот случай?
– Нет-нет, Вадим! Не это! Я знаю, что между Алексеем и Аллой ничего не было. Это… Так, несерьезное происшествие, которое даже интрижкой не назовешь.
– И все же после такого «несерьезного происшествия» ты чуть окончательно не порвала с ним!
– Но простила же.
– И правильно сделала. Я верю в Чернова. Верю ему. Он… настоящий мужик! И если бы ты вышла за него замуж, я был бы спокоен.
– Не предлагает, – рассмеялась Инга, постаравшись, чтобы смех прозвучал беззаботно. Однако брат уловил в нем плохо скрываемую горечь.
– Так он не знает, как к тебе подступиться! Ты же все его попытки в самом начале пресекаешь! Между прочим, Леша сказал мне, что собирается купить квартиру в Москве ради того, чтобы не расставаться с тобой.
– Когда это он так сказал? – удивилась Инга, обрадованная не столько этой новостью, сколько тем, что брат ушел от опасной темы.
– Да еще когда я в больнице лежал. Кстати, именно в тот день, когда ты сказала мне, что думаешь переехать из Москвы в этот городок.
– Надеюсь, ты не проговорился Алексею о моих планах? Потому что я еще не решила.