То ли кому-то на помощь, что вряд ли, потому что все самые любимые и близкие для нее находятся тут. А если бы она побежала спасать кого-то чужого, то вряд ли бы стала вот так исчезать, не давая объяснений и оставляя через записку просьбу простить ее и не искать. Скорей всего, Инга и правда бросилась спасать. Нас. Уводя за собой, как за приманкой, беду.
– О чем ты? – не понял Алексей, поднимая на Вадима глаза.
– О том, что хорошо знаю Ингу. И раз она вот так ушла, значит, случилось что-то серьезное.
– Почему ты так думаешь?
– Знаю ее.
– Хочешь сказать, что я такой чувствительный, как бревно? – обиделся Чернов. – Да, я толстокожий, и она мне об этом не раз говорила. Но это не значит, что я ее не понимаю, не замечаю, и что ты там еще хотел сказать!
– Погоди ты. Я совершенно не об этом, – оговорился Вадим, поняв, что допустил промах. – Ты сам говорил, что Инге в последнее время чуть ли не каждую ночь снились кошмары.
– Она говорила, что после пробуждения не помнила, что снилось!
– Все она помнила. Рассказывать не хотела. Берегла наши нервы, – грустно усмехнулся Вадим.
– Хорошо же она их теперь бережет! – зло процедил Алексей и закурил уже неизвестно какую по счету сигарету. – Ну а тебе-то ее удалось разговорить? – спросил он после того, как выпустил вместе с дымом часть напряжения.
Вадим, не вдаваясь в подробности, кивнул и кратко рассказал ему, о чем они говорили с Ингой на пляже.
– И как я сразу об этом не подумал! – хлопнул себя по лбу Чернов после того, как Вадим замолчал. Вскочил с кровати так поспешно, что чуть не толкнул стоявшего перед ним парня. – Лиза! Лиза! – заорал он на весь дом, распахнув дверь. – Ребенок, где ты? Нам нужна твоя помощь!
– Что ты задумал? – насторожился Вадим.
– Лиза нам поможет, вот что! – объявил Алексей с торжествующим блеском в глазах. – Инга рассказала, что моя дочь способна устанавливать «мосты» с другими людьми. То есть входить в их мысли, видеть прошлое, настоящее и даже немного будущее.