Может к той самой Гёндуль, спрашивать не нужен ли ей восьмой гном.
- Что ты там копаешься? - зло зашипел Фил, выглядывая из-за дверки, причем зашипел в прямом смысле.
Курчавый как барашек серый котик недовольно таращился на меня желтыми плошками глаз и нетерпеливо притопывал лапой.
- Нам ключ давали, чтобы реферат сделать. Работай давай!
Мой взгляд вернулся к злополучному платью.
Хм… значит, адептам интервью не даем? И студентов вообще не любим?.. Хотя когда это старшее поколение всерьез хвалило молодежь?
Хотя признавать гений рыжего Винса не хотелось, а то еще зазнается, но похоже, что другого выхода нет.
Переодевалась я в коридоре, торопливо натягивая платье и ежась от ночного осеннего сквозняка, гуляющего по каменным плитам. А после сосредоточилась, вызывая собранную у лиса-оборотня магию. Она была чем-то похожа на мою собственную, может поэтому так охотно действовала, обволакивая все тело будто в жидкое стекло и вылепляя новые черты и фигуру.
Кажется, сработало! Надеюсь мне хватит этого на время “интервью”.
Самое главное, когда заходишь с ноги в музей, полный надменных призраков, делать это нагло и громко. Что б, значит, проникся даже самый глухой маг, у которого еще при жизни полопались все барабанные перепонки от визга жены-драконицы, которой не хватило денег на новую шляпку.
- Почтенные дамы, господа, сеньоры и сеньориты! - вместо адептки Маши Золотовой в серенькой форме студентки в музее появилась “Почти-Памела-Андресон” в эффектном платье с разрезом от талии. - Я журналистка газеты эээ…“Маг-опус”.
"- Магопупс? - не расслышал кто-то с задних рядов.
- “Маг. Опус”, - сурово поправила я. - Пишу статью о жизни великих магов прошлого и основателях Академии. А также провожу сравнительное исследование: “Потенциал юных магов или опыт и сила предыдущего поколения забытых чародеев?”
- Забытых?! - снова возмутился кто-то слева.
- Увы, - развела я руками. - Прошлые заслуги они потому так и называются, что похоронены где-то в веках. Но у вас есть уникальный шанс напомнить о себе.
Что тут началось!
Призраки рванули ко мне, как пенсионеры на распродаже сахара в “Пятерочке”. Окружили плотным кольцом эктоплазмы и заговорили практически хором, толкаясь локтями и выдавая трехэтажные перлы.
Платье тоже работало отлично. Девушки явно запоминали фасончик такого эпатажного наряда. Мужчины просто глазели.