– Может, потому, что те больше увлечены наукой, а не танцами, и девушки опасаются, что им отдавят ноги? – встала я на защиту женского населения. – Вот вы любили танцевать в юности? – задала вопрос Вайнеру.
Тот усмехнулся, погладив бороду.
– Признаться, я был больше увлечен наукой. Лишь моя жена была способна подвигнуть меня на танцы. И да, вы правы! К своему стыду, я отдавливал ей ноги, – со смехом признался он.
– Уверена, что ее это не останавливало, – улыбнулась я.
Вайнер утвердительно склонил голову и, прежде чем удалиться, посоветовал мне не охлаждать спину и послать за шалью, если станет прохладно.
– Позвольте мне познакомить вас со своими друзьями, – произнес Роберт и после моего согласия повел к компании молодых людей.
Там меня приняли любезно, а оценив, что я не корчу из себя томную барышню и способна пошутить, стали более раскованными. Забросали вопросами про Нуара, как все было и как я это восприняла. Мое описание Нуара и его две ипостаси вызвали огромный интерес и споры, в каком из сохранившихся храмов он наиболее точно отображен.
В нашей компании то и дело звучал громкий смех, и к нам стали подтягиваться люди. Я расслабилась и купалась в мужском внимании. Молодые шалопаи не стеснялись выказывать мне внимание, осыпали комплиментами.
Кроме мужчин к нам подходили и помолвленные пары, интересуясь, в каком именно храме я получила золотые татуировки. Явление мне самого Нуара взбудоражило народ.
Вспыхнувшие вокруг фейерверки раскрасили ночь светом и яркими цветами, а я получила передышку.
– Почему вы мне помогаете?
Расстались мы с ним не очень мило, мог бы в сторонке злорадно наблюдать, как я скучаю в одиночестве, а он ввел в свою компанию, помог с общением. И, стоит признать, именно благодаря ему я получила удовольствие от вечера.
– Все для моей королевы!
Однако в его ответе не было ни грамма почтения, а слово «моя» прозвучало так, словно он уже меня себе присвоил.