— Винченсо же знает, что ты у меня, но найти место, где я тебя прячу он не смог и теперь передал мне, что готов на мои условия. На смерть. Если я отпущу тебя и перестану настраивать Ндрагенту против Коза Ностры.
— И… что ты ему ответишь? — уже не могла изображать улыбку. Говорила пустым голосом, но старалась не выдавать своей внутренней боли. Хотя Буджардини не заметили бы ее даже если бы эта боль была открытой, словно кровоточащая рана. Он был занят своим ликованием.
— Ничего. Все идет так, как я хочу. Правда, я хотел бы, чтобы Винченсо поскорее умер.
— А есть то, что может оправдать Винченсо? — спросила, поднимая голову.
— Нет. Ничего такого нет. Я все хорошо зачистил.
— Давно готовился ко всему этому? — я вновь опустила голову. Кудрявые, короткие пряди упали на лицо, скрывая пустые глаза. — Ты же не просто так начал воровать людей на территории Ндрангеты и распространять там наркотики.
"— Да. Правда, изначально хотел убрать именно Адриано Медичи, но недавно понял, что за решетку лучше засадить его сына. Пока он молод нужно его уничтожить. Позже Винченсо станет еще более опасным… Что ты делаешь? Ты записываешь наш разговор? — непринужденный голос Буджардини очень резко обрел жуткие ноты ярости.
Мужчина заметил то, что я держала его телефон немного иначе и обо всем догадался.
— Ах ты ж сука, — я не успела ничего сделать, как мужчина оказался рядом и ударил по лицу. Я рухнула на пол, а телефон отлетел в сторону. — Предать меня решила?
— Чтобы предать, нужно быть с тобой заодно, — Буджардини поднял меня за шиворот кофты и я начала брыкаться. Мужчину злило то, что, оказывается, глупая игрушка притворялась и не разделяла его взглядов.
— Я вижу, что тебе нужны уроки послушания, — его лицо исказилось от злости. Мужчина опять меня ударил и схватил за волосы. Я взвыла от боли и увидела, что дон Каморры опять занес руку, но я не позволила ему сейчас себя ударить.
Я специально его злила.