Он прицелился, затем выстрелил и с удовлетворением наблюдал, как, вздрогнув, пират рухнул на палубу рядом со своим врагом.
Пеннивайт взошел на палубу «Танцующей Габриэллы», морща нос от едкого дыма, повисшего в воздухе. На лбу блестела испарина, и он, промакивая ее платком, одновременно зажимал нос, чтобы заглушить зловонный запах битвы.
Все оставшиеся в живых были собраны на верхней палубе. Тяжелой, утомленной опасными волнениями дня, походкой Пеннивайт приблизился к ним. Он забрался на узкую ступеньку и, остановившись, оглядел жалкую толпу.
— Тебе лучше было бы следовать своему плану поставлять американок в Константинополь, а не увозить их оттуда, капитан. — Пеннивайт покачал головой. — Очень глупо, приятель. Очень глупо!
Тристан застонал, но не произнес ни слова.
Пеннивайт рассмеялся и перевел взгляд дальше. Вот этот крупный мужчина, ухаживающий за ранеными, принесет ему большие деньги на рынке рабов, но большинство мужчин после всего случившегося не имели никакой ценности.
— Где молодая американка? — требовательно спросил Пеннивайт.
Пират, стоявший между женщинами, пожал плечами.
— Мы не смогли найти ее. Последний раз мы видели ее, когда она плыла к кораблю. Скорее всего, она утонула.
— Утонула! — Пеннивайт снова потер лоб. Паша требовал, чтобы он вернул обеих женщин. Что же теперь ему делать? Он указал на Джасинду.
— Отвести ее в мою каюту!
Тристан подал голос и пытался подняться, но тут же тяжелый удар в грудь повалил его обратно. Пират поднял руку, чтобы снова ударить его.
— Тристан! — закричала Джасинда, стараясь освободиться от своего захватчика.
Пеннивайт остановил своего матроса от дальнейших ударов, потом посмотрел на Тристана.
— Советую тебе не нарываться на неприятности, капитан Дансинг. Это не принесет тебе ничего хорошего. — Пеннивайт оскалил зубы. — У тебя был отличный корабль.
Прежде чем Джасинда успела пройти мимо, Пеннивайт протянул руку и, все еще улыбаясь, коснулся ее волос. В его голове созревал план. Как спасительную меру, он оставит ее в живых. И когда он достигнет Англии, отошлет ее, как подарок, Паше. Без сомнения, эта красавица ничуть не хуже той американки, к которой так привязался Халидах.
— Пошел! Отведи ее в мою каюту и запри! — он повернулся к остальным. — Связать их! Проследите, чтобы не развязались.