— Я найду способ, как прикончить этого грязного ублюдка.
Слова звучали где-то поблизости, у ног Джасинды.
— С вами все в порядке? — спросила она, в темноте становясь на колени.
— Со мной-то все в порядке, но было бы лучше, если бы я была где-нибудь подальше отсюда.
— Где мы? — спросила Мэри испуганным шепотом. — Куда они везут нас?
— Я не знаю, но думаю, черт возьми, что всем нам это не принесет ничего хорошего.
Джасинда молча согласилась. Она устроилась рядом в этой озлобленной и ругающейся, как сапожник, девушкой, чувствуя себя немного сильнее.
— Как тебя зовут?
— Ида.
— А я — Джасинда Сандерленд, а это — Мэри.
Казалось совершенно нелепым, сидя в этой темноте, заключенными на борту корабля, в окружении незнакомых людей, представляться друг другу, как будто они приглашены к кому-нибудь на чай, но Джасинда чувствовала необходимость установить контакт еще с кем-нибудь, а Ида находилась ближе всех.
— Вас не было раньше, со всеми остальными, — сказала Ида.
— Нет, — ответила Мэри. — Нас с леди Джасиндой схватили прямо из кареты.
— Леди? — голос Иды звучал скептически. — И долго вы здесь находитесь!
На этот раз ответила Джасинда.
— Нет. По крайней мере, я так не — думаю. Правда, я была без сознания.
Неожиданно корабль накренился. Мэри упала на Джасинду. Джасинда — на Иду. Комната наполнилась испуганными возгласами пленниц. Сверху, на палубе послышались быстрые шаги. Отдавались команды, слышались ответы об исполнении.
— Похоже, мы уплываем из Лондона, — сказала Ида, делясь своими догадками со всеми женщинами, находящимися в сыром трюме.
К своему большому удивлению, Джасинда все же заснула. Ее пробудили скрип и тяжелые удары открываемой двери. Она зажмурила глаза от внезапного света фонаря, который осветил переполненный трюм, и закрылась руками.
— Капитан всем сказал подняться на палубу, — приказал вошедший моряк."
"Джасинда взглянула на Мэри, потом на Иду, разделяя их тревогу. Что ждет их?
— Давайте, шевелитесь, — гаркнул мужчина, стоя в дверном проеме.
Джасинда с силой заставила себя встать. После сна на полу в неудобном сидячем положении, все мышцы болели. Скула еще ныла от удара. Мочевой пузырь был переполнен. В трюме стояла духота, и девушка обрадовалась возможности сделать глоток свежего воздуха, прежде чем опять вернуться в трюм.
Взяв Мэри за руку, она помогла той подняться.
— Пойдем, Мэри, — сказала Джасинда, присоединяясь к цепочке выходящих из трюма пленниц.