— Раньше так тоже делали! Если к нам забредет какой-то местный! — Все еще протестовал Клим, — а как было с теми пастухами⁈ Таран хотел их отпустить!
— И чем бы это закончилось? — Бросил я через плечо.
— А что будет, если что-то случится с ее дедом? Он там, видать, весь извёлся!
— Клим, — я раздраженно вздохнул, — держи дистанцию. Ты не службе.
— Служба! Ну конечно! Служба! — Вавилов зло сплюнул. — Одна служба у вас на уме! Ни о чем другом не думаете! Ни о чем человеческом!
— Клим, последнее предупреждение, — проговорил я, глянув на него исподлобья.
— Лишь бы все по уставу! По закону! Точно как с моим отцом! Плевать, что он старший прапорщик советской армии! Им важнее какого-то сраного предателя наказать, чем вернуть моего отца домой!
Я повернулся к Климу. Посмотрел ему в глаза ледяным взглядом. Лицо его, искаженное настоящей злостью, вдруг стало испуганным. Когда я шагнул к нему, Клим медленно попятился.
Я схватил его за ворот бушлата, заставил отступить на два шага назад. Амина от этого даже пискнула у меня за спиной.
— Держи дистанцию. Ты в дозоре, — приказным тоном сказал я. Затем, нахмурившись, бросил: — Если тебе есть что сказать, скажешь мне это на заставе, понял?
Клим не ответил. Недовольно поджав губы, отвел взгляд.
— Понял?
— Понял…
— Ну и хорошо, — отпустил я его ворот, — а теперь смотри в оба.
Когда я пошел вперед по тропе, к нам вернулся Белоус.
— Что тут у вас? Чего отстали? — Спросил он с раздражением в голосе.
Не ответив, я кивнул на Клима. Ваня угрюмо выдохнул.
— Идем дальше. Холодно. Быстрее дойдем до стыка — быстрее будем на заставе.
До тропы мы дошли в молчании. Извилистая и едва видимая, она довольно круто поднималась вверх, петляя между скалами, поросшими жесткими, суховатыми кустами. У ее начала мы собрались вместе, чтобы предостеречь девушку.
— Тут будь аккуратнее, — сказал Ваня Амине. — Тропа крутая, легко можно поскользнуться.
— Не переживай, я за ней присмотрю, — ответил я, и Ваня кивнул.
Потом вытащил из подсумка большой следовой фонарь.
Почти сразу раздался звук выстрела. Где-то вдали хлопнуло. Удивленная Амина обернулась к реке, ловя остаточное эхо на слух.
— Какого хера? — Успел бросить Клим.
— Ложись! — Почти сразу крикнул я.
Ваня вырубил фонарь, упал у тропы, тяжелой рукой потянул Ворона за собой, чтобы собака тоже легла. Я залег прямо там, где стоял — на пограничной тропе между камнями.
Клим схватил Амину за плечи.