Я не думаю, что Анатолий Сергеевич задержит вашего супруга слишком надолго. Дождитесь его.
— Да, конечно, я понимаю! — Поторопилась ответить она, — но я бы хотела, чтобы когда он вернулся в наше новое гнездышко, там уже царил настоящий порядок! Поймите, дорога далась нам тяжело. Мы уже так давно не ночевали на приличной кровати! А я слышала, какой сложной бывает пограничная служба. Пусть мой дорогой Миша хоть в первый день нормально поспит!
Я пожал плечами.
— Хорошо. Пойдемте. Только быстро.
— Спасибо! Спасибо вам!
Мы вошли вдоль здания заставы, к отдельному входу в комнату замполита.
— Пожалуйста! Вот сюда!
Я вошел в комнату. То, что тут творилось, было очень далеко оттого, что можно было бы назвать порядком. Посреди довольно просторной комнаты лежали распахнутые чемоданы. Тут и там валялись разбросанные вещи. По большей части женские.
— У меня тут еще не прибрано, — смутилась Светлана.
Я ей не ответил.
— Вот, вот этот шкаф, — сказала она, указав мне на большой красный шкаф из массива, — на могли бы вы его сдвинуть ближе в угол.
Я пожал плечами, подналег и со скрипом передвинул шкаф.
— Большое вам спасибо! — защебетала девушка. — Скажите, как вас зовут? Я уже со многими познакомилась на заставе, но вас еще не видела!
— Меня зовут Александр, — суховато ответил я.
— А меня Светлана!
Девушка весело протянула мне тоненькую ручку. Вежливости ради, я деликатно поздоровался, пожав ее за пальчики.
Светалана тем временем быстро, и как она думала, незаметно оценила меня взглядом чуть не с головы до ног. Растянула в улыбке пухленькие губки.
— Спасибо вам за помощь, Саша. Признаться, я думала, вы не справитесь с этим грамотным шкафом в одиночку! Вы такой сильный.
Я снова не ответил, взял шапку, которую снял, чтобы удобнее было двигать шкаф. Теперь надел заново."
"Светлана уставилась на меня каким-то хищноватым взглядом. Однако почти сразу переменила выражение лица, и приторно мило улыбнулась.
— Вашей невесте с вами очень повезло!
— Я думаю, Светлана Николаевна, мне повезло с ней больше, чем ей со мной, — ухмыльнулся я.
Светлана, казалось, трижды переменилась в лице. Ее мина стала кисловатой.
По всей видимости, жена Пуганькова была из тех молодых девиц, что любили купаться во всеобщем внимании, особенно в мужском. А еще не терпели, когда фокус этого самого внимания, хоть на секунду сдвигался на кого бы то ни было еще.