Перегнувшись вперед, обер-лейтенант, осторожно перехватил руль, а гауптман выбил передачу.
– Иваныч, ручник вытяни! Я отсель не дотянусь! – Блюм повернул руль, удерживая машину на дороге.
– Сей момент, дядь Миш! Готово!
Клюнув носом на колдобине, автомобиль притормозил.
Сиротин (а это был именно он), бросив руль, распахнул свой портфель, а мнимый гауптман вытащил из кобуры оглушенного контрразведчика его пистолет.
– Ну, как там?
– Сейчас… – в руках у старого сапера появился термос. Он что-то с ним сделал.
Распахнув двери, оба офицера вышли на дорогу. Следовавшая за ними колонна, по примеру головной машины, остановилась. Из окна «мерседеса» выглянул водитель.
– Герр гауптман?
– Работайте, Ребров, – по-русски ответил ему Нойберт.
– Ага… – и локоть правой руки водителя тотчас же въехал в горло сопровождающего солдата. Тот захрипел и скорчился на пассажирском сиденье.
Обходя грузовик с солдатами, гауптман еле заметно кивнул. Ответный кивок водителя – и его рука нырнула под сиденье.
– Разбирайте, оружие, парни!
Тем временем, из остановившегося сзади грузовика, выбрались испанские солдаты. Не получая никакого приказа, они тем не менее, были настороже. И держали оружие под рукой, внимательно поглядывая на стоящие впереди машины. Немецкие солдаты из своей машины не выходили, ожидая приказа своих командиров, и это как-то успокаивало. А оба их офицера, обогнув грузовик, уже подходили к испанцам.
– Эй! – не останавливаясь, крикнул обер-лейтенант, – Держите!
В воздухе мелькнул темный цилиндр – термос.
– Кофе!
И оба офицера рухнули на дорогу.
Бу-бух!
Взрывом опрокинуло первую шеренгу солдат.
Ках! Ках! Ках!
Вскочив на ноги, гауптман выдернул из-за поясного ремня сразу два пистолета. Они у него были заткнуты сзади, за спиною, и ему не пришлось расстегивать для этого кобуру."
"Выронил винтовку солдат, схватившись за голову, завертелся на месте второй.