Похищенная викингом

Его мрачный взгляд поразил Эльфвину, словно ядовитой стрелой, заставив порадоваться наличию капюшона на плаще, ставшего хоть на время защитой. Впрочем, никто не примет ее за простолюдинку даже без охраны. Она ехала верхом, одежда добротная, остается лишь надеяться, что он не разглядел искусно сделанные булавки с драгоценными камнями, которые способны громче человека рассказать каждому встречному, кто она такая.

— Прочь с дороги! — выкрикнул один из солдат.

Поздновато, по мнению Эльфвины. Дикарь и не думал повиноваться.

По правде говоря, он уделил окрику не больше внимания, чем деревья по обе стороны лесной дороги.

— В наших руках знамя короля Уэссекса Эдуарда! — воскликнул другой сопровождающий девушки. — Осмелишься ли ты вызвать его недовольство?

— Что-то я не вижу перед собой короля, — произнес человек низким, грубым голосом, от которого Эльфвину замутило.

Старая лошадь под ней от страха двинулась боком к лесу, где была уже непроглядная темень.

Не без жалости к себе, которой стыдилась даже перед этим великаном на дороге, она подумала, что на благополучный исход надеяться не приходится.

Удержав кобылу, девушка постаралась отбросить мрачные мысли, не смотря при этом на разглядывавшего ее воина. Эльфвина мечтала лишь заставить его повиноваться, чего не получилось у сопровождавших ее солдат, хотя, судя по крепости голосов, у них не много мужества, возможно, что и стало решающим фактором при выборе кандидатов на бесславную роль ее охраны. Доставать кинжал, который девушка всегда носила под одеждой, пока не стоит, к тому же у воина наверняка тоже найдется оружие. Если последние полные тягот месяцы чему-то ее научили, так это хорошо владеть собой. Она не выжила бы, если бы пошла на поводу у темных внутренних желаний.

Она выросла при дворе отца, затем была спутницей матери все семь лет правления Этельфледы после его кончины. Всего год назад она была уверена в будущем. Мать не боялась ничего — ни мужчин, ни войска. Этельфледа захватила пять районов Денло — территории врага, который более ста лет осаждал эти земли.

В последний год правления госпожа мерсийцев отвоевала у данов Дерби, приняла капитуляцию Ланкастера, христиане Йорка предложили ей свою лояльность, но она не успела принять ее из-за кончины. Оставив править после себя Эльфвину."

"Однако девушка давно признала, что отличается от матери не в свою пользу. Она слишком часто испытывала страх, и его сокрытие было для всех очевидно.