Поэтому это тело меня заинтересовало изначально — оно привыкло к тому, что им управляет не только хозяин, быстро переключается и не сопротивляется.
— И каково это, иметь много тел?
— Не понимаю, как обходилась с одним. Это очень удобно. Но нужно привыкнуть. С одним потоком нужно постоянно «прыгать», но если их несколько, просто живёшь несколько жизней сразу. Сейчас в одном этом теле я чувствую себя немного ограниченно.
— Пока тяжело представить, — заметил я. — Есть идеи, что здесь?
— Я сейчас плохой сенсор, — повторила она.
— Да у меня плащ со скрытностью есть, — отмахнулся я. — И запасная жизнь должна была откатиться.
— Я бы предпочла, чтобы до этого не доходило, — сдержанно сказала Тия.
— Стоп, — замер я. — Слышишь?
Мы прислушались к тишине локации и вскоре различили отчётливый детский смех и отдалённые звуки деятельности разумных. Гомон, цоканье стаканов, шаги, скрип деревянной мебели.
Странные голоса без физического присутствия существ — признак разного рода духов и призраков.
Тогда где-то здесь должен быть активатор их появления. Он не так важен, как в случае с аномалиями, скорее носит декоративный характер. Вроде того, что эффектней будет, когда твари начнут лезть в определённом месте. Но если этого места всеми силами избегать, в случае с призраками бой всё равно будет, а аномалия просто не запустится.
Для духов активатор вовсе не является обязательным.
Помещение напоминало… я бы сказал бункер выживальщиков, но сделанный почему-то на основе дерева. Первый коридор мы прошли, не встретив сопротивления.
Я посматривал по сторонам, пытаясь поймать намёки на то, что здесь может водиться. Хотелось врубить совиную мудрость, но я пока решил придержать её. Сейчас были все шансы ввязаться в драку, где заторможенность в голове может стать проблемой.
Газетные вырезки, плакаты и исписанные от руки листы со схемами на стенах казались смутно знакомыми, но не читаемыми.
На фотографиях в газетах фигурировало удивительное разнообразие жизненных форм. Около-люди, кошкодевочки, орки, огромные слизни, даже какой-то инсектоид. Разнообразие, прям как в городе. Так что сказать наверняка, что за язык и кто здесь жил было бы сложно.