Это означало только одно: Точилин каким-то образом был связан с теми преступниками, которые подстроили ловушку для генерала. А тот факт, что его убили, мог означать только одно – в день своего исчезновения он встречался с бандитами. Значит, и любая информация о последних часах жизни подполковника могла дать ниточку, ведущую к бандитам.
– Стас, на тебе телефон Точилина, – распорядился Гуров. – Пробей все номера, с которыми он созванивался в последний месяц, любые контакты, каждую закономерность. Его лицевые счета с особой тщательностью проверь.
– Опасаешься, что у них другие осведомители в главке есть? – поинтересовался Крячко и тут же посмотрел на генерала: – Извини, Петр, я тебя не имел в виду!
– Чего уж там, имеете право! – поморщился генерал.
– Ты, Петр, тоже не расслабляйся, – одернул его Лев. – Завтра я у Ямпольского вытяну имена всех постоянных членов элитного клуба «покерной мафии».
– А ты, Чапай, где будешь: спереди али сзади? – съехидничал Крячко, передразнивая отечественную классику.
– А я буду заниматься задачей, поставленной мне начальством: Точилина искать, – усмехнулся Лев. – Ладно. Не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся…
Хотя Гуров вернулся домой уже далеко за полночь, Мария еще не спала, ожидая мужа.
– Машенька, прости меня, дурака старого, – проговорил он, направляясь вслед за Марией на кухню. – Совсем закрутился. О том, что тебя предупредить нужно, забыл напрочь.
– Лева, а я когда-нибудь забуду, что мне домой надо приходить, – отрезала она.
"Гуров не умел ни оправдываться, ни врать. Он прекрасно знал, с каким уважением Мария относится к его немногочисленным друзьям и как близко к сердцу воспринимает всех их радости и беды. К тому же она полностью развеивала миф о болтливости женщин – никогда и никому не рассказывала о том, что слышала дома.