Пожав плечами, Лев, чтобы не мешать Крячко работать, отправился допрашивать задержанных в комнату для допроса.
К концу допросов он начал понимать, что бесполезно тратит время. Некоторые из задержанных пытались качать свои права, но быстро успокаивались перед его спокойными аргументами. Другие выражали полное непонимание причины их задержания, а затем начинали говорить. Но ни те ни другие ничего нового к имеющейся уже информации по системе функционирования сети подпольных игорных заведений не сообщали.
Гуров никого из них не отпускал. Всех их после допроса и составления протоколов он перенаправлял к парням из следственного управления для возбуждения уголовных дел. Его радовало только одно – из-за проведенной облавы руководство «покерной мафии» осталось без существенной части доходов и теперь было обязано предпринять какие-то шаги. Для восполнения финансовых потерь из-за срыва «большой игры» и закрытия сети игровых точек «покерная мафия» может постараться в ближайшее время организовать новую акцию для своих ВИП-клиентов.
Впрочем, повлиять на ситуацию Лев никак не мог, и ему оставалось лишь ждать ответной реакции «покерной мафии», продолжая поиски в других направлениях. И когда он уже решил, что бездейственное ожидание неизбежно, с ним связался начальник технического отдела, куда он отдавал изъятый из игровой точки на шоссе Энтузиастов ноутбук.
– Лев Иванович, тут мои парни отчет по вашему ноутбуку принесли, – доложил подполковник. – Особо интересного мало, но есть одна занятная таблица. Судя по всему, связанная с финансами. В ней даты, суммы и, видимо, имена, правда, они зашифрованы. Без новых вводных данных разобраться в этой таблице вряд ли получится.
– Отправьте ее мне, Виталий Константинович, – попросил Гуров и тут же велел охране доставить к нему на повторный допрос тех самых типов, которые пытались сбежать из точки на шоссе Энтузиастов.
Первым он решил допрашивать именно того парня, который постарался убежать, несмотря на предупреждение спецназа. Кирилл Низовцев мог быстро сломаться. Что он, впрочем, уже и сделал на первом допросе, хотя поначалу пытался бузить."
"– Гражданин начальник, я же вам уже все рассказал, – чуть ли не взмолился Низовцев, когда его снова привели в допросную. – Я, чес слово, больше ничего не знаю.