– А то, что я не смогу сообщить, когда вам придется называть меня «гражданин начальник», – ответил ему «взаимностью» Гуров. – Закажите себе что-нибудь попить или выпить. Разговор у нас коротким не получится.
Дождавшись, пока Вяхирев выполнит его полупросьбу-полуприказ, Лев изложил таможеннику почти всю информацию, которую ему удалось собрать за последние пару суток. Естественно, в этом варианте версия событий, рассказанная им, была далеко не полной, да и фамилии действующих лиц Гуров не называл. Однако изложенные им факты относительно незаконной деятельности генерала в такой интерпретации выглядели куда весомей и серьезней, чем в полномасштабном варианте.
– И к чему вы мне весь этот бред рассказали? Думаете, хоть один человек на белом свете поверит в такую историю? Где у вас доказательства, милейший?
– Доказательства здесь, здесь и здесь, – последовательно постучал Лев пальцем по своей голове, чемоданчику, который прихватил для такого случая, и планшету, специально для этих целей выложенному на стол.
"Он включил на планшете запись разговора Вяхирева с начальником железнодорожного поста Романом Кошелевым. Точнее, не всю запись, предоставленную ему Земцовым, а лишь небольшой фрагмент, в котором Вяхирев и его подчиненный обсуждают, как будут делить полученную взятку.
– Смотрю, Илья Степанович, спеси у вас слегка поубавилось, – резко прервав смех, жестко проговорил он. – А я уже начал было сомневаться в вашем уровне интеллекта. Даже удивляться стал, как же вы такие хитрые операции проворачивали, если у вас мозгов не хватает понять, что я сюда с пустыми руками и голословными обвинениями ни за что бы не явился.
– Что вам нужно, Лев Иванович? – тихо спросил таможенник.
– Я вам объясню как можно проще. У меня не бывает «висяков», и я не отдаю начатые дела в другие ведомства, – жестко ответил Гуров. – ФСБ давно интересуется установкой LRAD, и рано или поздно они на вас выйдут. Следовательно, мне нужно закрыть дело раньше, чем фээсбэшники сообразят, что происходит.