Мне хотелось точно измерить дистанцию, на которую можно отойти чтобы они не тащились за мной следом.
— Сто пятьдесят шагов, — сказал я, вернувшись на кухню.
Они стояли там же, где я их оставил, но теперь смотрели на меня с явным ожиданием. Эксперимент касался их напрямую. Правая рука все еще ныла, но я старался не подавать виду.
— Сто пятьдесят шагов, — повторил я. — Это примерно расстояние от лестницы до дальнего конца коридора на втором этаже. Довольно большой радиус. Мы можем находиться в разных частях дома и не испытывать дискомфорта.
Я ожидал чего угодно — молчания, новой вспышки ненависти. Но Алиса, видимо, устав от глобальных проблем, переключилась на насущные.
— И что это значит? — спросила она, скрестив руки на груди. — Где нам спать прикажешь? Здесь, на кухне? Или нам постелить себе на полу в холле у камина?
Лидия промолчала, но ее поза выражала полное согласие с вопросом. Это был не просто вопрос о ночлеге. Это была проверка. Попробую ли я их унизить, как старый Громов, или нет.
Я медленно оглядел кухню, потом перевел взгляд в сторону холла, где потрескивал огонь в камине.
— Здесь полно комнат в пределах ста пятидесяти шагов от моей спальни, — ответил я спокойно, глядя прямо на Алису. — Этот дом хоть и пустует, но он все еще имеет минимум две гостевые комнаты. Вы вольны договориться между собой и каждая выбрать по комнате. Уверен, вы найдете что-то по своему вкусу, — я позволил себе легкую ироничную усмешку. — Если хотите — спите у камина, дело ваше.
Я повернулся, чтобы уйти, но остановился в дверях.
— И да, — добавил я, не оборачиваясь. — Постельное белье, скорее всего, придется искать самим. В бельевых шкафах на первом этаже. Кажется, в гостевых комнатах оно не менялось последние пару лет. Спокойной ночи, дамы.
Я оставил их вдвоем, переваривать новую порцию моей странной и прагматичной «заботы», которая скорей всего сильно отличалась от ожидаемой ими жестокости.
Я не стал следить за ними, выясняя, кто какую комнату выбрал. Поднялся в свою спальню, запер дверь и, не раздеваясь, рухнул на огромную кровать. Усталость — физическая и ментальная — была чудовищной. Сон накрыл меня почти мгновенно.