– Москвич, значит, – озвучила Тоня и полезла в раздел «Фотографии», которых было немного, в основном старые, еще школьные, где Золотов мелькал на общих мероприятиях.
Обычно черная голова с голубыми глазами торчала позади всех с ровным лицом без каких-либо эмоций и гримас – ничего интересного. И качество фотографий оставляло желать лучшего – его было видно плохо. Нашлось несколько спортивных, где он плыл в резиновой шапочке и очках. Вся красота терялась за брызгами.
На стене не осталось ни одной записи. В музыке и видео тоже было пусто.
– Личную жизнь, конечно, скрывает, – цокнула Тоня.
– Может, ее и нет, – усмехнулась Катя. – Парень явно – спортсмен. Походу ему не до этого.
– Ой, да всем всегда до этого, – Тоня небрежно махнула телефоном. – Просто многие признаваться не хотят. У такого не может не быть подружки. Сто пудов он не хочет ее палить.
– А может он гей, потому и скрывает? – предположила вдруг Саша, хотя сама не хотела в это верить, а потом в душе над собой посмеялась, что вообще на что-то рассчитывает.
Она еще не отошла от Паши, который бросил ее с формулировкой «Тебя слишком много». И года не прошло, а ее опять тянуло на авантюру с предсказуемо печальным концом. Пашу она добивалась месяцев семь. Его и красавцем-то язык не поворачивался назвать. И не то чтобы за ним толпы девчонок бегали, соперниц практически не было.
"– Нууу… похож, кстати, – Катя стянула губы трубочкой, а носик морщила. – Слишком красивый.
– Только геи бывают такими ухоженными, – поддакнула Тоня.