– Изи, а где же Ата?
Пора бы моей второй личной горничной появиться, и не только ей. Тётушка знает, что моя гостиная похожа на склад, вещи нужно вернуть на свои места. Где слуги?
– Когда вас не было, юная госпожа, госпожа Мираль отправила Ату помогать в прачечной.
Это объяснение? Серьёзно? Я слизываю с ложки остатки паштета и прищуриваюсь:
– И почему ты до сих пор здесь, Изи? Бегом за Атой в прачечную.
– Но госпожа Мираль…
Я отодвигаю грязную посуду, кивком показываю, что поднос можно уносить, но Изи не отпускаю, возвращаюсь в рабочий закуток и открываю ларец:
– Изи, видишь два документа в моих руках? Это контракты твой и Аты.
"Изи приоткрывает рот, её глаза наполняются влагой непролитых слёз, она всхлипывает:
– Госпожа, вы так изменились, раньше вы относились ко мне как родной, а теперь так жестоки.
Я жестока? Я ещё даже не начинала быть жестокой.
– Изи, пожалуйся на меня Небесам.
Горничная охает и выскакивает за дверь, посуда звякает. Не разобьёт, надеюсь? Впрочем, не жалко.
Я подхожу к сундукам, провожу пальцами по лакированной крышке ближайшего. Упустила я…
Инвентаризация означает, что платья вернутся в гардероб. Оно мне надо? Столько усилий, чтобы переломить слухи и скатиться к тому, с чего начинала из-за тряпья? Заменить гардероб без веской причины мне никто не позволит, значит, действовать надо радикально, причём прямо сейчас, пока никто не опомнился.
К счастью, из памяти Нишаль удаётся выудить, в каких именно сундуках прячется одежда. Жаль тратить магию, но…
Огонь? Спалить платья нетрудно, но энергетически дешевле и зрелищнее:
– Проклятье!
Натуральная ткань под действием моих чар старится за считанные минуты. Стоит её тронуть, и начнёт расползаться в бесполезные ошмётки, но я одним проклятьем не ограничиваюсь, добавляю второе – оно покроет платья пятнами мохнатой плесени. И финальный штрих – затереть следы.
Довольная, я усаживаюсь за стол и придвигаю к себе документы, надо же прочитать условия контракта.
Изи возвращается минут через пять вместе с Атой. Девочка тотчас бросается ко мне, опускается рядом со мной прямо на пол и хватает за край храмовой робы.
– Госпожа, вы вернулись!
Я беру её за руку и внимательно рассматриваю ладонь. Кожа потрескалась местами до крови. Тётя сводила счёты? Я не помню, чтобы Ата подпевала Тиане. Мне подходит.