«Опель» и труп солдата — в лес, капитана с собой и бегом к линии фронта — темнеть уж начинало. В общем, доставили живым и здоровым. А главное — без потерь.
У Кости назрел очередной вопрос, но тут в кабинет вошел, прихрамывая на больную ногу, Старцев.
— Заждались, братцы-товарищи? — спросил он вместо приветствия и прошел к своему столу.
Народ насторожился. «Братцы-товарищи» из уст Ивана Харитоновича означало только одно: тучи сгущаются, высокое начальство требует самоотверженной стахановской работы.
— Комиссар Урусов поставил непростую задачу. — Доковыляв до стола, Старцев пристроил к стене трость, привычным движением одернул полы пиджака, уселся на стул. — Мы должны разобраться с убийствами железнодорожников с товарных станций Лихоборы и Владыкино. Разобраться, обезвредить и доложить.
— Что по срокам? — раздался в тишине голос Егорова.
— Сроков Урусов пока не назначил, но про звонок наркома вскользь упомянул.
Ким сбегал за кипятком, заварили свежего чая. Потом долго курили у раскрытого окна, думали, обсуждали.
Через полчаса Старцев подвел итог:
— Егоров, Бойко и Горшеня едут в Церковный проезд и работают на месте: осматривают, нюхают, роют землю. Не возбраняется еще разок переговорить с соседями. Баранец и Ким работают по архивам и документам.
— А мне что делать, Иван? — развел руками «неохваченный» Васильков.
Старцев посмотрел на друга, вытянул из пачки папироску, чиркнул спичкой. Разогнав ладонью клубы дыма, сказал:
— А ты, Саня, займись-ка автомобилем.
— Каким? — не понял тот.
— Ты же нашел отпечатки протектора в луже?
— Да.
— Ну вот. Осталось выяснить, что это был за автомобиль.
Новичок группы обвел взглядом сидевших рядом товарищей:
— Как же я это сделаю?
— Есть у нас в МУРе один ценный сотрудник, — подмигнул Старцев. — Глазов Гавриил Маркович. Обитает в кабинете № 16. Это в другом конце коридора, налево.
— А… кто он по должности и чем занимается?
— Глазов — начальник технической экспертизы. Очень грамотный мужик. Сходи к нему и проконсультируйся.