На себе почувствовала, каково это – очутиться в чужом мире, где ты никому не нужна, и от тебя ничего не зависит.
- Ну что, ваша? – громко поинтересовался директор, и Апполинария оторвала глаза от стены и по очереди посмотрела на посетителей. Взгляд старухи равнодушно скользнул по Геннадию, потом по Маргарите Павловне и перетёк на Валерию.
Секунда… И зрачки Апполинарии расширились, она резко выдохнула и бросилась к женщине.
- Валерия! Ты нашла меня! Нашла!!! Забери меня отсюда-а-а!!! – старуха схватила Леру за руку, стиснула, и видно было – добровольно не отпустит.
- О, нашлась! – довольно констатировал директор. – Будем оформлять?
- Постойте, куда оформлять? Кого оформлять? – Валерия безуспешно пыталась отобрать руку у старухи, а та, причитая, слюнявила её и поливала слезами.
- Валерия, забери меня отсюда! Век буду должна, всё, что хочешь сделаю!
На секунду Лере показалось, что кормилица пытается вытянуть у неё силу, но тут же Апполинария вздрогнула и отшатнулась, выпустив её руку.
- Ох! Как же… Не даёт, - пробормотала бабка и завела пластинку заново. – Забери меня, Валерия!
- Как кого оформлять? Вашу потеряшку, - бодро отозвался директор. – Вы родственница?
- Нет! Эта стару… шка снимала у меня летом квартиру. Их двое было, бабушек, - пояснила Валерия. – Сдавала квартиру им на три месяца. Вернулась – квартиранток нет, а вещи есть. Вот, искала, чтобы вернуть.
- Вы забираете её или нет?
- Нет, конечно! – Лера даже попятилась. – Зачем мне чужая бабушка? Вещи её соберу и сюда привезу.
- Нет пока, - ответил Геннадий. – Думаю, надо в других интернатах посмотреть. И охватить не только Москву, но и ближайшие области.
- Жаль, - расстроился директор. – Нет, она бабушка тихая, исполнительная, помогает тут, но сами понимаете – любому лучше в семью, к родным.
- Я – не её семья, - отрицательно затрясла головой Лера.
- Жаль, - повторил директор. – Денис, уведи.
- Валерия! Валерия! Не бросай меня! Забери, я…
Крики старухи, которую санитарам пришлось выносить под руки, постепенно стихли.
Геннадий, Маргарита Павловна и Лера стояли потрясённые и опустошённые.
- Неприятная картина для неподготовленного человека, - понимающе кивнул директор. – Ну, у бабушки уже прогресс – вас она вспомнила. Может быть, вспомнит и свои имя-фамилию.
- Апполинария, - машинально произнесла Лера. – Её зовут Апполинария, фамилию не знаю.
- Хорошо, что есть имя, разошлём новые запросы.