Родители долго выбирали, и остановились на тёмно- серой Тойоте Камри. После приобретения машины отец, не слушая возражений дочери, уточнял с вечера, куда она назавтра собирается, приезжал и сам её отвозил. В поликлинику, в Подлипки и обратно, к Наташе домой или в парикмахерскую, в магазин, просто погулять – она забыла, как выглядят метро и автобусы с маршрутками.
- Не дай бог, толкнут или грипп какой-нибудь подцепишь!? Никаких «я сама»!
И Демис горячо его поддержал. Спелись, голубчики!
К концу Лериной беременности её родители на зятя надышаться не могли.
- Береги его, - как-то сказала Лере мама. – Этот мужчина не умеет заботиться о себе, поэтому это теперь твоя задача. Пусть ваш дом станет для него самым лучшим местом во всех мирах, куда он всегда будет с охотой возвращаться, куда бы его ни занесли императорские дела!
- Да, дочь. Только за то, как Мирослав к тебе относится, как трепетно оберегает и любит, я готов простить ему многое. Поэтому поумерь характер и не трепи человеку нервы.
- Ваше величество, - вырвав императрицу из воспоминаний, в дверь просунулась Вита. – Его высочество сердится.
- Я сейчас! – спохватилась Лера, - только переоденусь!
Вот же растяпа, замечталась и пропустила время кормления! Конечно, Богдан уже независим от материнского молока, всё-таки парню через несколько дней годик, он уже и кашки ест, и мясное пюре.
Первые три месяца после рождения малыша, она не могла отойти от него дальше пяти метров – Богдан поднимал крик и разные предметы. Кричал-то он по своему желанию, а вот стулья и вазы летали не по своей инициативе, а из-за магии малыша.
С возрастом ребёнок постепенно ослаблял контроль за мамой, но все визиты императорской чете пришлось отложить до первого дня рождения сына.