Все стояли вокруг Архипова и смотрели на монитор. Даже Витек подтянулся.
– Вот счета, – объявил Архипов, – раз, два, три. Вот суммы. Видите? Хотя, вы, наверное, и так знаете, сколько у кого там денег. Ну вот. А теперь ждем.
Он сложил пальцы домиком и откинулся на спинку кресла.
Странное дело – спина вовсе не болела. Давно с ним такого не было.
Инга Евгеньевна тяжело задышала.
– Но это же… надежный банк! Старый европейский банк! – вдруг выпалила она. – Почему любой… кто угодно… может влезть в мои счета?!
– Э-э, нет, – протянул Архипов, – вовсе не кто угодно.
Невесть откуда взявшаяся, по монитору прошла волна, и белые циферки на счетах вдруг стали стремительно отматываться назад.
Архипов закинул руки на затылок.
– Господи, что он делает?! – вскрикнула Инга. – Он крадет наши деньги! Прямо сейчас крадет! Да остановите же вы его!
Циферки все уменьшались – т-р-р-р, как будто колесо крутилось.
– Останови свою машину, ты, скотина, сука, пень березовый!! – И она бросилась на Архипова.
– Тихо! – Владимир Петрович перехватил разъяренную даму и толкнул в соседнее кресло. Она неловко плюхнулась. – Все уже кончилось. Смотрите.
Циферки замерли и больше не крутились. Волна снова прошла, но ничего не изменилось. Суммы на счетах уменьшились примерно вдвое.
Молодец напарник. Хоть и не Дон Джонсон, а Расул Магомедов.
Архипов взял за руку Машу.
– Что вы хотите?
Владимир Петрович посмотрел на Добромира:
– Вы оставляете нас в покое и забываете о том, что мы существуем в природе.
– Все?! – крикнула Инга. – И больше ничего не хочешь?!
– Вы оставляете нас в покое, и дальше все идут своей дорогой. Заниматься вашим перевоспитанием я не намерен. Привлекать к делу милицию, профсоюзы и ФСБ не стану.
– А гарантии? – влез Сергей Борисович. – Где гарантии, что завтра вы денежки у нас не тиснете? Вы же вон как моментально все… расколупали!
– А нету никаких гарантий! – радостно заявил Архипов.