Надежда выбрала самый дальний столик в углу. Рядом никого не было, только пушистый черный кот спал на батарее, свернувшись калачиком.
– Вам взять что-нибудь к кофе? – спросил я.
– Нет. – Надежда с ненавистью посмотрела на витрину, где были выставлены многочисленные десерты, потом перевела взгляд на кота.
– Ишь, разъелся как, на сливках-то взбитых! – В голосе ее звучала тщательно скрываемая зависть."
"– Ну, и что мы имеем? – грустно спросила Надежда Николаевна, когда я принес две чашки кофе и уселся напротив нее за стол.
– Но кто-то же ее убил, – возразил я. – Надеюсь, вы не думаете, что это был я?
– Оставим такие глупости Громовой, – отмахнулась Надежда. – Но знаешь, это вполне мог быть какой-то случайный псих, которого никто никогда не найдет. А возможно, дело в знакомствах девушки, в ее окружении.
– Вот как раз эту версию мы проверяли! – напомнил я.
– Да я не о том.
– Очевидно, там все в порядке, они не нашли никакой зацепки. Ой, Надежда Николаевна, я же вот что хотел вам показать! – Я выложил на стол фотографии, те, что стянул в квартире Елены Сергеевны.
– Понимаете, она следила за Колывановым и снимала его с разными людьми. Наша Марианна тоже тут есть, я поэтому и взял фотки.
Надежда задумчиво рассматривала фотографии.
– Да, здорово ее достал этот Колыванов, если человек не жалел времени на то, чтобы следить за этим подонком.
– Очевидно, она хотела найти на него такой же компромат, чтобы он отстал от нее.
– Умел этот мерзавец женщин использовать! – бормотала Надежда. – Не мытьем, так катаньем заставлял таскать каштаны из огня. Вон, гляди, наша красотуля.
– Вы ее по шубке узнали?
– И по твоему описанию, – ответила Надежда как-то рассеянно.
На снимке девица со своим хахалем Колывановым выходила из подъезда незнакомого дома, вернее, не из подъезда, а из подворотни, хотя подворотней это место я не назвал бы.
– Что это за здание? – спросил я. – Старое? Что в нем находится?
– В нем находится жилой дом, – уверенно ответила Надежда. – Я хорошо помню этот проход и сам дом знаю, он на Выборгской стороне находится. Не очень старый, сталинского периода постройки, это стилизация.