"
"Медсестра грозно сдвигает брови, а Бояров лукаво ей сообщает:
- Главврач ваш по телефону мне шепнул только что.
Кабинет полноватого лысого врача, который накануне обрисовал мне мрачные перспективы для бабушки, находится на втором этаже.
«Невролог Пименов Пeтр Алексеевич», - значится на табличке.
Дверь открывается раньше, чем мы к ней подходим, и в коридор выходит сам невролог, не глядя по сторонам. Только не один, а в компании невысокого подтянутого мужчины в очках.
- Не вижу никакой проблемы, Пeтр Алексеевич, - спокойно говорит последний.
- Ну, для начала нужно получить согласие родственников, - невролог задумчиво хмурится. - И я не очень понимаю... это у вас какая-то благотворительная программа? Или пациентка какая-то особенная? Вчера подключаетесь через начальство к чужой операции, сегодня уже дорогостоящую реабилитацию в своей частной клинике предлагаете...
- Да, - вдруг хмыкает его собеседник. - Благотворительная программа.
Он кивает на нас - точнее на Боярова рядом со мной, - и Пeтр Алексеевич живо оборачивается. Клочковатые брови изгибаются, делая его лысую голову очень похожей на удивленное яйцо.
- Что происходит? - взволнованно спрашиваю я, начиная понимать, что мои догадки возле стойки регистрации вполне могут оказаться верны.
Бояров вдруг на ходу ловит мою руку и, приостановившись, поднимает ее вверх... чтобы на секунду прижать к своим губам. Яркие серо-голубые глаза немного иронично сощуриваются.
- Твои проблемы - это мои проблемы, Алeнка. Просто запомни это. Я обещал помочь, и помогаю.
Чувствую, как в груди от его слов расцветает вспышка нежного тепла и переносится в легкий румянец на щеках.
- Ты обещал ночью, - зачем-то возражаю я. - А операцию провели еще вчера.
- Ну, Лебеда предупредил-то меня сразу, как ты уехала. А с инсультом не шутят. Я попросил подключиться знакомого нейрореаниматолога для надежности. Он тут неподалеку как раз в клинике неврологии и нейрохирургии главным отделением заведует.
- Василий Андреевич! - окликает нас тот, кого регистраторша Дашуня окрестила «светилом мирового уровня». - Как твое ничего? Зачастили ко мне из «Сэвэн», зачастили... Неужто и правда в благотворительность ударились? Сначала Тимур Аркадьевич парня с проблемным позвоночником осчастливить попросил [*], теперь ты со старушкой. Удивили оба.
- А ты не удивляйся, Мирослав Викторович, - пожимает плечами Бояров.