Я останавливаюсь перед дверью С 308. Сколько раз я проходил через неё, как я думал, к своему другу. Сколько вечеров мы проводили в этой квартире, обговаривая заезды, пересматривая видео прошлых сезонов, играя в покер и просто напиваясь в дым.
Я и представить не мог, что всё так обернётся.
Вставляю ключ в замочную скважину и поворачиваю. Дверь без шума отворяется – хочу застать его врасплох. Мне нужен эффект неожиданности.
Делаю знак Эрику, и он становится у двери, блокируя выход.
Слышу звук работающего телевизора в гостиной и, ступая по паркету, направляюсь туда.
Саймона я замечаю прежде, чем он видит меня. Развалившись в кресле с бутылкой пива, он таращится в телевизор, но, очевидно, почувствовав мой взгляд, поднимает голову, и я вижу, как дёргается его кадык, как ужас мелькает в его глазах.
Холодная усмешка трогает мои губы. Тело сгруппировалось, мышцы готовы к битве до крови, до сломанных костей.
Я делаю шаг к Саймону, и он вскакивает с кресла, пятясь назад.
– Джейс, давай пог…
– Закрой пасть! – резко обрываю я, стремительно сокращая расстояние между нами.
"От него разит диким ужасом, и мне это нравится. Я питаюсь безнадежностью в глазах противника: он знает, что всё кончено, даже еще не начавшись.
Саймону некуда бежать, и он знает это так же, как и я.
Хватаю его за ворот рубашки и притягиваю к себе, отводя правую руку для удара.
– Я не…
Мой кулак обрушивается на его челюсть, и слова тонут в крике. Я слышу хруст костей, кровь брызжет на меня, но вновь и вновь наношу точные, выверенные удары.
Я могу быть безжалостным.
И я буду.
Глава 15
Джейсон
– Я не буду спрашивать, зачем вы сделали это, мистер Рид, – со вздохом откинувшись на спинку кресла, заявляет детектив Тернер. – Потому что и так всё очевидно. И как мужчина я понимаю вас.
Глаза детектива смотрят на меня в упор, и в них нет ни толики осуждения. Не то чтобы мне требовалось его одобрение, но это вызывает во мне желание улыбнуться. Впрочем, не стоит, потому что Тернер ещё не закончил.
Едва очухавшись, Саймон подал жалобу на меня через своего адвоката, и я был арестован. Теперь я сижу перед Тернером, но, что больше всего для меня удивительно, – это почему меня привели в его кабинет, а не в комнату для допросов? При этом ещё и наручники сняли.
Я с самого начала был готов к последствиям и не пытался их избегать. Я бы снова это сделал, потому что ублюдок должен страдать, как страдала Сара.