— Много подписалось на поход против нас?
— Нет, не волнуйся… Мой приятель там такую речь толкнул, что всего пара десятков богов и божеств решили к Туц-Ико податься. И то не самых могущественных. Так что… Серьёзных сил против вас не выставят. За это можешь не переживать. А ты откуда узнал, что поход всё-таки будет?
— Да вот, на этом узле… — Игорь кивнул на туманный сгусток. — … Пара молодых богов собирает армию. И меня тоже, не поверишь, хотели привлечь! Говорят, мол, против узла Священной Пирамиды выступаем, идём с нами, надерём местным зад.
— Правильно сказал… Непонятно лишь, как после такого разговора ушёл на своих двоих… ИГОРЬ!!! — внезапно изменившись в лице, Саянг его имя практически проревел.
— Что? — удивился тот, уставившись на древнего бога.
— ТЫ ЧТО С МОЛОДЁЖЬЮ СДЕЛАЛ, ЗВЕРЮГА⁈ КАК ТЫ УШЁЛ⁈ — отчаянно взвыл Саянг, хватая Игоря за грудки.
— Да ничего я не делал! — Игорь попытался отстраниться, но не вышло: бог его крепко держал.
— Не чужие… А точно не убил их? — переспросил Саянг с таким подозрением, что Игорю аж стыдно стало, хотя вроде и не за что.
— Да точно! И даже не поколотил! — ответил он, улыбнувшись. — Отпусти уже…
— Ладно… — Саянг нехотя выпустил его рубаху и снова сел на брёвнышко. — А как же тогда ушёл?
— Да просто ушёл… Пообщался с девушкой, которую зовут Алана, и она меня отпустила, — пожал плечами Игорь. — А вот её братец, наверно, упёрся бы.
— Хорошая девочка, умная… — кивнул Саянг. — Братец тоже со временем поумнеет, я надеюсь.
— Ну как тебе сказать? Пока они добились того, что весь этот узел однажды захочет ко мне в Орден… — вздохнул Игорь. — Стража, простой народ — все озлоблены на них. И это хорошо, что твои боги не застали здесь моих переселенцев. Если бы привлекли хоть кого-нибудь, я бы их лично прибил.
— Боюсь, в этом случае даже мой приятель не стал бы возражать. Хотя и расстроился бы, конечно, очень сильно… — согласился Саянг. — Чай будешь?
— Буду! — кивнул Игорь.
Какое-то время они с древним богом молча пили чай, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. А потом со стороны узла вытянулась лента пути, и по ней к костерку устремился ещё один мужчина. Он был полноват, но при этом не лишён бодрости.