Тех зеленокожих, что угодили в ловушки, тупо расстреливали, за остальными же бросились в погоню воодушевлённые грядущей победой и жаждущие крови бойцы ближнего боя.
Теперь протрубил наш горн. Это оказался сигнал к общей атаке.
— За Зиранию!!! — грянуло со всех сторон, и войска ломанулись в сторону второго холма, где остатки армии противника собирались вокруг своих обозов. Если кто-то и кричал: «За Шринант!» или «За истинного императора!», то эти крики утонули среди других.
Лавина людей заполонила ложбину между холмами, и эта картина впечатлила даже храбрых орков.
"Некоторое время их преследовали, посылая вдогонку стрелы и целевые заклинания, но потом по сигналу люди развернулись и принялись разбивать лагерь.
Логичное решение: на марше отдыхать всё равно надо, а здесь это можно совместить со сбором и делёжкой трофеев. Думаю, часа на три они тут точно задержатся.
Часть зиранийских воинов собирала добычу, часть отдыхала, а бойцы истинного императора, как и в прошлый раз, встали лагерем отдельно от остальных.
Я подкрался ближе и достаточно быстро нашёл нужного мне хмыря. Линда тоже оказалась неподалёку: она с двумя другими магичками, видимо, обсуждала нюансы прошедшей и планировала будущие магические битвы.
Виза наготове сидела в инвентаре.
Прошло пятнадцать минут, и моё сердце ёкнуло. Вот оно!
Линда попрощалась с боевыми подругами и, немного отойдя в сторону, установила маленькую палатку. Вероятно, сейчас она уединится и уйдёт в магическую концентрацию.
— Готовься! — шепнул я и медленно зашагал к палатке.
Так-с… Тут главное — всё сделать быстро, и если у колдуньи вдруг отобрали камень «второго шанса», сразу же передать ей свой.
Пятнадцать метров… десять. Стоп! Затаиться и подождать, пока эти две хохотушки пройдут мимо. Всё, можно.
Пять… один. Я нагнулся и заглянул внутрь палатки. Линда сидела на коленях лицом ко входу, её глаза были закрыты.
— Мочи козла! — прошептал я.
«Так точно!»
Виза вылетела.
Не дожидаясь первого крика, я запрыгнул в палатку и активировал заряд в артефакте очищения. Его сделала сама Линда, используя свою и мою кровь, и он сработал!
Открыв глаза, колдунья на три долгие секунды зависла, морщась, как от сильной головной боли.