Я глажу кожу на ее животе, вверх и вниз в мучительном ритме, который влияет на состояние моего члена.
Не имеет значения, сколько раз я связываю, шлепаю, бью или трахаю ее. Как только я кончаю, мне нужно еще.
Больше.
И, блядь, еще больше.
Хуже всего то, что дело не только в сексе с Анникой. Дело в ней.
Дело в том, как она подчиняется моему господству, она мазохистка для моего садизма.
Потребность полакомиться ею постоянна, интенсивна и бесконечна.
— Тебе понравилось? — спрашивает она по дороге на парковку.
Я прижимаю большой палец к ее коже, затем продолжаю свой ритм.
— Очень.
— А я-то думала, что ты не любишь кино.
— Я говорил не о фильме.
Анника, должно быть, заметила изменение в моем тоне, потому что она делает паузу, ее губы разошлись, и розовый цвет расплылся по ее щекам и фарфоровой шее.
— Ты... ты...
— Ты действительно потеряла дар речи?
Она делает вдох.
— Клянусь, я становлюсь такой только рядом с тобой.
Я улыбаюсь и притягиваю ее к себе, когда несколько детей пробегают мимо нас к родительским машинам.
— Чему ты улыбаешься? — она тычет меня в бок. — Это не смешно.
— Это забавно.
— Хорошо, что я развлекаю тебя.
Она дуется, и это выглядит, блядь, очаровательно.
Настолько очаровательно, что я дразняще шлепаю ее по лбу.
Она поднимает на меня глаза.
— Нет, нет, даже не пытайся флиртовать со мной.
— Это то, что я делал?
— Ага. Ты просто думаешь о том, как пристегнуть меня к своей кровати и заставить меня умолять.
— Я?
— О, пожалуйста. Я вижу, как садизм светится в твоих глазах, ты знаешь. — Вздох. — Если кто-то скажет, что трудно быть твоей игрушкой, я полностью поверю.
— Ты не моя игрушка.
Она замирает, розовый оттенок снова возвращается на ее щеки.
— Тогда кто же я?
— Ты моя.
— Есть ли разница?
— Я никогда не оставлял игрушек на долгое время.
— До меня?
— До тебя.
Она снова тычет в меня, прикусывая уголок губы."
"— Ты говоришь и делаешь все правильные вещи сегодня.
— Я не беззаботный.
— Никто другой не обвинил бы тебя в этом. Но не волнуйся, я сделаю беззаботную часть за нас обоих. Я позабочусь о том, чего ты не можешь, и наоборот.
— И что же это?
Она вырывается из моих объятий и встает передо мной, затем начинает считать на пальцах.
— Я буду планировать все свидания и следить за тем, чтобы вокруг не было много людей.