— Нравится нам это или нет, но вчера мы поклялись друг другу в супружеской верности. Мне кажется, стоит задать самим себе вопрос: собираемся ли мы что-то сделать из этого брака?
Алекс потрясенно обернулся к Дейзи.
— Это не брак.
— Что?
— Это не брак, поэтому выброси свои идеи из головы.
— О чем ты говоришь? — возмутилась Дейзи. — Это, без сомнения, брак.
— Нет… это просто стечение обстоятельств.
— Стечение обстоятельств?
— Да.
— Понятно.
— Вот и хорошо, что понятно.
Его упрямство взбесило Дейзи.
— Ну хорошо, коли ты считаешь, что это стечение обстоятельств, пусть будет так, но эти обстоятельства касаются меня лично, и я намерена что-то с ними; делать, хочешь ты этого или нет.
— Я не хочу.
— Алекс, мы дали клятву. Священную клятву!
— Эта клятва не более чем пустой звук, и ты это прекрасно знаешь. Я тебе уже сказал, в чем будет заключаться наш с тобой брак. Я тебя не уважаю, более того, ты мне вообще не нравишься, так что я не собираюсь играть сгорающего от страсти молодого мужа.
— Превосходно.
— Значит, мы великолепно понимаем друг друга.
— Да и как может понравиться человек, который позволил себя купить? Но это не значит, что я собираюсь уклоняться от своих обязанностей.
— Приятно слышать. — Он не спеша окинул ее оценивающим взглядом. — Ты убедишься, что не все твои обязанности будут неприятными.
Дейзи почувствовала, что краснеет, и эта инфантильная реакция настолько ее разозлила, что она бросилась в атаку:
— Если ты имеешь в виду секс, то почему не говоришь об этом прямо?
— Я действительно говорю о сексе.
— С кнутом или без кнута? — Она мгновенно пожалела о том, что сказала.
— Как пожелает леди.
Такую насмешку девушка не смогла вынести. Она отвернулась и уставилась в окно невидящим взглядом.
— Дейзи!
Должно быть, она выдавала желаемое за действительное, но ей показалось, что голос Алекса стал чуточку нежнее.
— Я не хочу говорить об этом. — Она глубоко вздохнула.
— О сексе?
Она кивнула.
— Надо быть реалистами, — заметил Алекс.
Обернувшись, Дейзи метнула на Алекса испепеляющий взгляд, но в ответ он только слегка скривил рот, что у другого человека должно было бы означать широкую улыбку.
— На тебя тоже довольно приятно смотреть, — крикнула она, — но твои психические расстройства гораздо тяжелее моих!
— У меня нет никаких расстройств.
— Нет, есть.