В течение четырех дней он убирал здесь разный хлам, наводил порядок в доме и избегал общества «случайно» проезжавших мимо людей. Он не видел Андреа, но не было такой минуты, чтобы он не думал о ней.
И вот теперь она сидит рядом с ним, и он понял, что всю эту работу он проделал не ради старой Мэми и не ради матери. Это делалось ради нее, Андреа.
Сэм протяжно вздохнул.
– Спасибо вам за то, что заехали ко мне. Извините, если я создал проблему для вас и для губернатора, – произнес он и тут же пожалел о сказанном.
Он не хотел, чтобы в эту минуту говорили еще о ком-то, кроме них. Но он не мог рассказывать о своих чувствах, не зная наверняка, что ей это не безразлично.
– Вы зря беспокоитесь. И… Мне самой хотелось этого. – Ответ дался Андреа гораздо легче, чем она предполагала.
– Знаете, если верить Луизе, нам с вами постоянно перемывают косточки. Раньше со мной такого никогда не случалось.
Андреа была поражена услышанным. Нет, эта история явно переросла в сплетню, которая до нее еще не дошла.
– Не могу представить себе, почему, – удивилась она. – Ведь все совсем не так!
– Так. Так, дорогая. Молва уже связала нас воедино.
– У вас слишком богатое воображение, мистер Фарли. Ведь между нами ничего не было, – искренне возмутилась девушка.
– Ничего? – Сэму понравилось то, как она избегала его взгляда. Это, как впрочем, и краска смущения на ее лице, говорило даже о большем, чем, если бы она упала в обморок.
– Одного поцелуя недостаточно, чтобы принять его как серьезное доказательство Мы не более, чем друзья или знакомые, – быстро поправилась Андреа.
– Всего лишь друзья? Мне кажется, вам лучше отвечать только за себя, шеф Флеминг, – лениво протянул Сэм. – Строго говоря, с этой точки зрения у губернатора есть повод для беспокойства. Кроме того, я ведь уже дважды поцеловал вас.
Андреа отогнала ладонью стайку комаров от своего лица, а потом ее рука скользнула на затылок, чтобы поправить выбившуюся из косы прядь волос. Девушка коснулась пальцев Сэма и резко вскочила на ноги.
– Что ж, возможно Эд на самом деле слишком много себе воображает, – стала объяснять она, – но я могу оказаться много хуже. Он ведь честен и надежен и предлагает мне благополучное будущее. В Аркадии это считается достойными восхищения чертами поведения.
Сэм взял ладонь девушки в свою руку.
– Я не слишком много могу сделать для вашего будущего. Я даже не знаю, каким будет мое будущее, но если вы желаете именно честности, тогда выслушайте меня.