Кажется, господин маг, ведущий некие дела государственной важности, понятия не имел, что делать с женскими слезами и как вести себя с плачущей женщиной.
— Все наладится, — пробормотал он, разом растеряв всю свою властную уверенность.
Того и гляди, он высунется из зеркало и потреплет меня по плечу, неловко приговаривая: “Ну-ну”.
Я крепко зажмурилась и задержала дыхание. Да, наладится. Пусть я пока и не знаю, как.
— До свидания, господин маг, — распахнув глаза, сказала я.
— Вы хотели сказать “Проща”… — начал он.
Договорить не успел. Я повела рукой так, как это делала Магдалина, и “экран” коммуникатора погас. То есть сам маг перестал в нем отражаться. Осталась лишь новая я.
Я не стала продолжать попытки связаться с Мартой. Я обязательно поговорю с ней, но попозже. Голова болела просто невыносимо. То ли виной тому взаимодействие с магическим объектом про том, что хозяйка тела была лишена маломальской силы, то ли просто сказался очень долгий, невероятно насыщенный и эмоциональный день.
"Мне нужен был такой же долгий… и крепкий сон. Или чтобы все это оказалось сном — тоже было бы неплохо.
С этими мыслями я добралась до узкой и ужасно неудобной кровати. Свернувшись на ней клубочком, как делала в детстве, когда была сильно расстроена, я уснула.
Пусть завтрашний день окажется лучше. Хоть чуть-чуть.
Я что, многого прошу?
7. Второй шанс
Пробуждение оказалось болезненным. Не в прямом смысле, конечно. Просто было не слишком-то приятно обнаружить себя в этом до одури тесном платье, на узкой кровати, в почти голом каменном доме… Вспомнить, что находилась я в чужом теле, в чужом времени и чужом мире…
Я понуро оглядела себя.
Я шумно выдохнула. Надо срочно брать себя в руки.
Причем во всех смыслах.
Для начала я еще раз исследовала дом. Рядом с огромной монструозной печкой, явно работающей с помощью магии, обнаружился ледник — этакая замена холодильнику.
Муки было много.
Судя по всему, питалась Марта тем же, что пекла и другим продавала — хлебом, булочками, пирожками.