Люба ступила на балкон первой, поеживаясь от зябкого к вечеру ветерка, обвела рассеянным взором небольшой больничный скверик, бетонный забор, обшарпанные крыши утопающих в зелени пятиэтажек, задержалась на забитой малышней детской площадке, сделала пару шагов к перилам и медленно повернулась к своему спутнику. Сергей, подойдя к ней ближе, выбил отточенным движением сигарету из пачки, закусил фильтр и чиркнул простой зажигалкой. Нахмурился, собирая лоб в гармошку и сделал ладони лодочкой, пока прикуривал, защищая трепещущее пламя от капризных порывов ветра.
Люба сглотнула вязкую слюну и, с трудом отодрав взгляд от яремной впадины у основания шеи Сергея, быстро подняла глаза на лицо заведующего.
Соболев молчал, выпуская дым, и, чуть прищурившись, рассматривая её.
— Вы что хотели, Сергей Иванович? — вопросительно выгнула бровь. Несмотря на строгий тон, губы сами собой сложились в лёгкую улыбку.
Сергей хмыкнул и затянулся, сильнее щурясь.
— Я вам, Люб, смены поменял. В понедельник выйдете, — ответил Соболев.
— Зачем?"
"— Затем, — протянул заведующий, туша сигарету о переполненную пепельницу.
— Куда поеду? — удивленно пробормотала Вознесенская, — На турбазу??? Сергей Иванович, я не могу…Я ведь даже не скидывалась, и вообще…Я…
— Так, Люб, не бесите. Я всё решил, — в голосе Соболева отчетливо зазвенели начальственные нотки, отчего Любовь растерялась окончательно.
Вроде как распоряжение даёт, но что-то она не припоминала, чтобы двухдневная пьянка была включена в её рабочие обязанности.
— Слушайте, я правда не могу, Сергей Иванович, — выдохнула Вознесенская виновато, — Это же все выходные, а у меня сын…
Сглотнула и тише добавила.
— …оболтус.
Но Соболев на это заявление даже не моргнул, может на мгновение подвис и только.