Когда людей на месте аварийной посадки стало чуть меньше, Джон Вильямс медленно обошёл обломки самолёта по кругу, затем заглянул внутрь салона — там всё ещё было очень дымно и воняло гарью. Тем не менее, американец все-таки пробрался в уцелевшую кабину пилотов и принялся внимательно осматривать внутреннее пространство. Спустя пару минут, он обнаружил полётные списки.
Это была хорошая находка.
Там, на русском языке, написанном четким почерком, значилось, что в самолёте, помимо самого экипажа, летело ещё шесть человек.
Американец знал русский язык, поэтому удалось почти все разобрать.
— О! Значит, вас было девять человек. И что же, все были офицерами? — задумчиво произнёс Вильямс, читая список. А когда увидел довольно странную для Советского Союза фамилию Кикоть, американец вдруг насторожился. Лишь напротив неё было пустое поле, в котором должна была находиться важная информация. Все это означало, что-либо этот Кикоть из числа гражданских лиц, либо из какой-то особой структуры, отображать наименование которой не было необходимости… Это сразу натолкнуло его на определённые мысли.
Вдруг снаружи раздались громкие голоса, какой-то шум. Джон сразу же устремился обратно и кашляя, вскоре выбрался на свежий воздух. От едкого дыма, глаза у американца слезились, но это не помешало ему определить суть проблемы."
"Оказалось, что непонятно откуда, на месте посадки появился молодой пастух, который якобы видел странную группу, которая шла на север.
Разговаривать с ним пришлось через переводчика, поскольку молодой парнишка разговаривал очень коряво, и американец не понял и половины сказанного.
Выслушав его, Джон прищурился, затем через того же переводчика, спросил:
— А почему ты решил, что они странные? В чем это выражалось?
— Да хотя бы потому, что на их одеждах различалась кровь, а сами они перемещались один за другим, как ходят шурави.
— Оп-па! — тихо произнес американец.
Взглянув на кучу обгоревших тел, ему всё сразу стало понятно — те, кто летели на этом самолёте, оказались хитрыми и толковыми людьми.