Оказывается, я так и стоял перед входом в манипуляционную и смотрел вслед Валере, который давно уже вошёл в палату. — Что-то не так? Я могу чем-то помочь?
— Не, — ответил я, тряхнул головой и улыбнулся. — Просто задумался. Слишком много дел сегодня запланировал, думаю теперь, как всё это успеть. Начинаем работать. Вы готовы?
— Да, — кивнула девушка и по её решительному выражению лица я понял, что сегодня мы вылечим всех и от всего.
— Света, зови, — сказал я, поправляя воротник халата перед зеркалом."
"Я, кстати, сразу заметил, что Скобелева перед тем, как начинать работать с артерией, сначала её полностью сканирует, хотя в диагностической карте всё достаточно подробно обозначено.
— Евдокия Савельевна, — обратился я к ней, когда пациент вышел, а следующего я попросил придержать. — Я не то, чтобы в претензии, мне просто интересно, вы не доверяете записям Анны Семёновны?
— Что вы, Александр Петрович? — девушка смутилась и смотрела на меня немного испуганно.
— Я просто заметил, что перед началом вмешательства вы перепроверяете каждую артерию, — спокойно, как в непринуждённом разговоре сказал я. — Вот и решил вас спросить, зачем вы это делаете.
— А, вот вы о чём, — улыбнулась девушка. — Ну да, со стороны видимо так это и выглядит. Но дело вовсе не в правильности диагноза или описании локаций и процентов стеноза, я просматриваю структуру атеросклеротических бляшек, плотность, хрупкость, содержание кальция.
— Естественно нельзя, — кивнул я. — Когда я занимаюсь очисткой сосуда, постоянно приходится менять спектр применяемой магической энергии и регулировать силу потока, иначе никак.
— Перенастройка направленного в сосуд лучика занимает некоторое количество времени и заставляет быть постоянно в напряжении, — сказала Евдокия, объясняя мне, как ученику на занятии.
— Хм, интересный вариант, — кивнул я.