- утвердительно кивнул Дмитрий, крутя в руке пустой стакан.
- Я уже сказал. Это тебя не касается.
- Так значит, все-таки есть отношения? - зло спросил Дмитрий и запустил пустой стакан в стену. - Еще как касается, она мать моего сына!
- Да что ты?! И как давно ты об этом вспомнил?
- Не твое дело! - взгляд Верховцева был полон ненависти. - Быстро ты подсуетился! Конечно, баба не первой молодости, но еще ничего, решил, значит, попытать счастья?
- Вот именно это я и собираюсь сделать, попытать счастья, а ты помни, что я сказал, и не лезь не в свое дело.
- И за что же, интересно знать, тебе счастье? - голос Владимира сочился желчью.
- За то, Володя, что я за свое счастье готов глотку любому вырвать. А ты и правда идиот, мне больше нечего сказать.
Дмитрий еще раз взглянул на ощерившегося как затравленный зверь Верховцева, и вышел. Проходя через гостиную, он увидел Марго. Его сестра, ссутулившись сидела на диване, выглядела она расстроенной и угрюмой. При виде брата Марго поднялась, Дмитрий подошел, обнял ее, сказал:
- Иди спать.
Марго заплакала.
- Ну, будет, будет. Спать иди. Все будет хорошо.
Глава 14.
Всю ночь Володя переваривал неприятную ситуацию, сложившуюся по его вине, и пришел к выводу, что должен поговорить с отцом. На следующий день, когда он пришел к отцу, тот в мрачном настроении занимался делами.
- Отец, я прошу прощения за вчерашнее, это всецело моя вина.
- Пустое, - ответил ему Верховцев старший, - просто следует лучше изучать тех, с кем собираешься переспать.
Извинившись перед Марго, и уже отъехав от отцовского дома, Володя наконец-то, первый раз за год, позвонил матери:
- Здравствуй, мама, можно мне подъехать? Ты живешь по прежнему адресу? Я буду через минут двадцать.
Ольга, которая слышала весь разговор, кивнула и ушла в свою комнату. Там она и просидела до тех пор, пока Володя не ушел.
- Выходи, дочка, наш сын, он же брат, он же бывший парень, удалился.