— Испортила? — Глаза Амори потемнели, а в голосе появились стальные нотки. — Моя жена не может испортить твою Шинейд, ей необходима поддержка Эммелин.
— Шинейд не нужна ничья поддержка. Я любил ее такой, какая она была. — Блейк наконец натянул сорочку и замер, так как один рукав был короче другого. Он заканчивался между локтем и запястьем, тогда как другой доходил до кончиков пальцев. Затем он заметил иголку с ниткой, болтавшиеся на незаконченном шве.
— Ага! — указал ему Амори. — Это ее работа, разве не так? Погляди только.
Блейк взглянул на своего старого друга, а затем посмотрел на свои ноги, которые были так слабы, что уже начинали дрожать. Пытаясь не обращать на это внимания, он уперся пальцем в грудь Амори и прорычал:
— У меня есть слуги, чтобы шить одежду. Моя жена прекрасна такая, какая она есть!
— Блейк…"
"Посмотрев в сторону двери, он увидел Шинейд и Эммелин, стоявших на пороге комнаты.
— Что это ты делаешь?
Она направилась к кровати, но замерла, когда увидела его сорочку. Даже, кажется, пробормотала что-то насчет большого количества работы. Но затем встала между ним и Амори и уложила мужа в постель. Он ей позволил. Лучше уж лечь обратно, чем свалиться к ее ногам.
— Ты должен набираться сил. Ты поправляешься после серьезного ранения.
— Да уж! — Голос Амори звучал холодно. — Чем быстрее ты поправишься, тем быстрее отправишься домой.
— И произойдет это очень скоро, — нахмурился Блейк. Мужчины посмотрели друг на друга, а затем Амори вышел из комнаты.
Шинейд и Эммелин обменялись смущенными взглядами и переключили свое внимание на Блейка.
— Ты не выяснила, почему они так рассердились друг на друга? — поинтересовалась Шинейд. Они с Эммелин стояли на верхней ступеньке лестницы и наблюдали, как внизу их мужья делали вид, что совершенно не знают друг друга.
Блейк сел на лошадь с мрачным выражением лица и совершенно прямой спиной, принципиально не глядя в сторону Амори. Муж Эммелин стоял на нижней ступени со скрещенными на груди руками, стойко отказываясь смотреть в сторону своего друга. Эти двое не разговаривали с тех самых пор, как Эммелин и Шинейд вошли в комнату и увидели палец Блейка, уставленный в грудь Амори со словами: «Моя жена прекрасна такая, какая она есть».