Уточнил:
— А зачем вам в деловой центр, вашество?
— Мне нужен не сам деловой центр, а призрак из конторы поблизости от нотариуса, — ответил я и вкратце описал результаты вчерашней разведки.
— Весело у вас все, вашество. Даже жаль, что я не составил вам компанию.
— Ну, у тебя была веская причина, — заметил я.
— То есть вам надобно только пробраться в здание, и провести ритуал? — уточнил слуга.
Я кивнул.
— Тогда я сделаю все за половину от оговоренной вами суммы, вашество — хитро прищурился Питерский, и тут же поправился, — Ну, про деньги я пошутил, вашество.
— Рассказывай, — заинтересованно произнёс я. — Но план с ремонтниками туалетов вчера еще составила Любовь Федоровна.
— Есть способ еще проще, — отмахнулся Фома. — Можно же отключить свет во всем здании. Охрана вызовет мастера, а вот уже под видом ремонтников мы и попадем внутрь.
Я задумался:
— Звучит лучше, чем про забитый унитаз, — согласился, наконец. — А ты сможешь? Отключить свет в здании?
Фома важно кивнул:
— А то! Есть вариант сделать это.
— Тогда сегодня вечером и займемся этим вопросом, — подытожил я. — А пока заводи «Ласточку».
— Куда поедем? — уточнил Фома.
— В автосалон, — ответил я. — «Империал» отправился на ту сторону мироздания. Придется найти ему замену.
— Дорого же, — погрустнел Питерский.
— Не переживай. Эти траты мы потянем.
* * *— Жаль «Империал», — произнёс Фома, останавливаясь на парковке. — До чего же уютная была. Да и на дороге нам уступали полосу, потому как мало кто хотел поцарапать нам боковину.
— Она вовсе не обижается на тебя, поверь.
— Вы уверены?
— Бабушка приезжала в тот же вечер, как случилось это несчастье, — ответил я.
— Мы ведь с вами так и не поговорили, вашество, — вздохнул парень. — Знаете, мне кажется, что я вас подвел.
— Перестань. Ты даже не представляешь, как мне стало страшно, когда все это случилось.
— Вы за меня испугались?
— Ну не за машину же.
— Она дорогая, — напомнил парень.
— Фома, ты сам подумай, это ведь всего лишь кусок железа. Ее-то можно заменить. А вот тебя нет.
Помощник порозовел и потер ладонью нос.
— Вы такие приятные вещи мне говорите, Павел Филиппович, даром что некромант.
— Ты стал незаменимым человеком. И дело не в том, что у тебя золотые руки.
— Скажете тоже.
— Сердце у тебя золотое. И Любовь Федоровна к тебе привязалась.
— Это меня особенно удивляет.