— Не думаю, что имею право обсуждать его личную жизнь. Он взрослый мужчина, и не обязан был хоронить себя вместе с погибшей супругой.
— И он оставил вас на попечение своей матери? — нахмурилась Ольга и тут уже Арина недовольно засопела.
— Вы полагаете, стоило сдать ребенка в военную академию? Многие согласились бы с вами что так и нужно было поступить с юным некромантом. И незачем передавать его единственному некроманту в империи, который точно понимал, как справиться с просыпающимся темным даром мальчика.
Я и сам не понимал, зачем заступился за отца, но отчего-то это показалось правильным. Мне и самому всегда думалось, что Филиппу Петровичу не стоило отворачиваться от единственного сына. Но когда о таком говорила эта женщина, я внутренне запротестовал.
— Оу, я не подумала об этом. Мне просто показалось… — она замолчала и взглянула на дочь, которая покраснела от смущения. — Это, конечно же, не мое дело.
— Мне стоило предупредить, что в нашей семье принято говорить то, что думаешь, — пояснила Ариа.
— Мы считаем, что откровенность лучше сладкой лжи, — добавила Ольга Ивановна и пожала плечами. — Но я прошу извинить меня за неуместные вопросы. Я напрасно начала этот разговор.
— Все хорошо, — я выдавил улыбку. — Простите за резкость. Я был не готов…
В этот момент у женщины зазвонил телефон, и она торопливо взглянула на экран.
— Родион, — на ее лице вспыхнуло неподдельное счастье, от вида которого я испытал что-то вроде смущения.
Когда она отошла, Арина упала в кресло и потерла переносицу.
— Мне жаль, что так сложилось, — произнесла она.
— Ничего не случилось, — уверенно заявил я. — Ваша матушка просто спросила о том, что интересовало многих в нашем обществе. Поверьте, я часто слышал шепот за спиной. И Ольга Ивановна первая, кто заговорила о моей семье открыто.
— Но мне неловко, — вздохнула девушка. — Обычно мама так себя не ведет. Не знаю, что на нее нашло.
Я подумал, что таким вот странным образом, женщина пыталась вывести меня из равновесия.
— Вероятно, что она переживает за вас, — мягко предположил я.
— Даже не сомневаюсь, — она смущенно поджала губы. — Ваша бабушка тоже ведет себя похожим образом?
— У нее свои особенности.
— И вам бывает неловко за ее поступки?
— Иногда она меня пугает, — честно признался я.