Один из них как-то даже позарился на мою перепончатую ногу. Но я первым вивисектировал ему голову. Хех."
"Внешне сохраняю спокойствие. Сейчас не время открыто конфликтовать. Надо сначала понять, с кем имею дело, а потом уже решать, в каком сортире его мочить.
— Знаешь что, — говорю наконец. — Сто человек я отправлять не буду.
Бершарк напрягается, брови сходятся на переносице, но я невозмутимо продолжаю:
— Зато я готов отправлять по сто… телевизоров. Каждые полгода.
— Телевизоров? — он хлопает глазами в растерянности.
— А также сто радиоприёмников, — добавляю с лёгкой улыбкой. — Сто журналов, новостных или художественных. Даже сто книжек о приключениях попаданцев.
— Какие ещё телевизоры? — повторяет Бершарк, откровенно недоумевая.
Слуга, до этого стоявший как тень, осторожно вмешивается:
— Колдовские ящики, милорд, — сдержанно поясняет он, — через которые ты под кайфом смотришь этих рисованных мышей и котов.
Глаза Бершарка тут же вспыхивают интересом, как будто я предложил ему личную библиотеку магических артефактов.
— Сто таких колдовских ящиков? Каждые шесть месяцев? — уточняет он на энтузиазме.
— Именно, — киваю равнодушно.
— Это звучит… заманчиво, — признаёт он наконец, уже более уверенно.
— Без проблем, — пожимаю плечами.
Я уже всё продумал. Для меня эти сто «телевизоров» — сущие копейки, затрат почти никаких. Правда, придется оснастить их артефактами телевещания как у Лиана, но что-нибудь придумаем.
Но дело ведь не только в нём, верно? За ним стоит армия. А армия — это уже другой масштаб. А вдруг, кто знает, его приспешники за просмотром «Леопольда» начнут перевоспитываться? Или хотя бы отвлекутся от своей мракобесной деятельности.
Конечно, надеяться на «эффект „Леопольда“» всерьёз глупо. Если они там, за океаном, окончательно чокнулись, никакие мультики или фильмы не вернут их на путь человечности.