Юпитерский начинает искажаться, его тело разбухает и деформируется, превращаясь в отвратительный, колышущийся мясной пузырь, испещрённый вздутыми венами и уродливыми наростами. Из его тела тянутся плотные, жёсткие жгуты плоти, которые сжимают Ледзора, словно смертоносные змеи, обвивая его руки, ноги, грудь. С каждым мгновением они всё сильнее сдавливают его мышцы, лишая возможности двигаться.
— Мразь да грязь! — хохочет Демон, его голос звучит мерзко и визгливо. — Как бы ты ни был силён, без размаха ты меня не зарубишь!
Ледзор хрипит, с трудом переводя дыхание:
— Хрусть да треск! Какая вонь… потустороннее дерьмо….
Огромные путы из плоти давят всё сильнее, затрудняя каждый вдох. Воздух пропитан удушливым зловонием. Ледзор чувствует, как демонические щупальца обхватывают его грудь и начинают сжимать, словно пытаясь раздавить его рёбра. Ледзор, задыхаясь в этой отвратительной ловушке, прикрывает глаза…
* * *Дворец главного жреца, Капитолийский холм, Рим
…И на его месте просыпается Одиннадцатипалый.
Хрусть да Треск! Мороз на кости!
Руки и ноги стянуты. Не пошевелиться. Так что же делать? Хо-хо, мороз — вопрос!
Одиннадцатипалый вгрызается в плоть демона, как безумная пиранья.
Его зубы с влажным хрустом разрывают жгуты тёмной плоти, выплёвывая куски в стороны, а часть проглатывая. Демон вопит от боли, сжимая его всё крепче, но Одиннадцатипалый не сдаётся — он продолжает грызть. Каждый укус приближает к свободе. Наконец, он прогрызает достаточно, обретая пространство для размаха руки.
— Хо-хо! Хрусть да треск! Давненько я не грыз человечину! — хохочет он, захлёбываясь в кровавом азарте. Мелькает воспоминание об Арктике, где ему однажды пришлось съесть собственную правую руку с одиннадцатым пальцем. Но демонятина? Это, пожалуй, новый опыт. — На вкус, как дерьмо моржа, хо-хо!
Вскинув топор, он обрушивается на врага, снова и снова вонзая лезвие в его плоть. С каждым взмахом из демона вырываются остатки жизни. И вдруг Одиннадцатипалый слышит короткое «тяв!» — и у него в руке оказывается взрыв-артефакт.
— Спасибо, малой, хо-хо! — бросает он, запуская артефакт прямо в разорванное тело демона."
"Взрыв сотрясает воздух, и огромный кусок чудовища отлетает прочь. Демон вопит, его оболочка с трудом держится вместе, но Одиннадцатипалый лишь хохочет. В последний раз он поднимает топор и точно отрубает голову демона.
Ледзор оглядывается на разорванные тела вокруг и, прищурившись, усмехается. Ах да, задание от графа.