Тогда Цезарь растопчет верховенство Капитолия, казнит Юпитерского и поставит уже лояльного ему главного жреца.
Юпитерский мотает головой, будто пытаясь стряхнуть обрывки соблазнительных видений. Он отпивает ещё глоток вина.
Внезапный грохот раздаётся снаружи, заставляя Юпитерского подскочить. Он выбегает на балкон, откуда виден главный храм, и застывает, оцепенев. Ожившая статуя Юпитера яростно разносит здание, швыряя колонны, как будто это детские игрушки. В следующий момент гигантский голем хватает одну из колонн и с дикой силой обрушивает её прямо в стену храма, разбивая камень на куски.
— Какого Плутона⁈ — вырывается у Юпитерского в панике. — Почему он снова вскочил⁈ Да кого демона здесь происходит⁈
Позади него раздаётся насмешливый, грубый голос:
— Хо-хо! Веселье пошло! Хрусть да треск!
Юпитерский резко оборачивается и видит перед собой огромного бородатого мужика. Лицо… Да, кажется знакомым. Но кто это? Осмыслить у него нет ни секунды: мощный пинок сносит его с ног и выбрасывает с балкона.
Последняя мысль мелькает, как вспышка:
«Меня пнул сам Юпитер⁈ Снова⁈»
Глава 2
Золотой дворец, Рим
Цезарь сидит на роскошных подушках, погружённый в музыку. Загорелая до бронзового блеска, почти обнажённая гетера сидит перед ним, перебирая струны лиры — её тонкие пальцы так и скользят, будто сами являются частью инструмента. Звук завораживает, лёгкий и томный, словно обещание долгой ночи. Вино слегка пьянит, убаюкивает. Глоток за глотком —отдых среди бесконечной суеты, как короткое затишье перед бурей.
— Мило, мило, — улыбается Цезарь, глаза его прищурены от удовольствия. — Продолжай, дорогая, а ты, — указывает он другой девушке, сидящей позади, — расчеши мои волосы.
Но вечер вдруг прерывается: дверь распахивается, и в зал стремительно входит легат легиона Жаворонков — аналог русской Охранки, служба силовиков, ближайшая к Цезарю.
— Ваше Величество!! — восклицает он, торопливо падая на колени и склоняя голову.
Цезарь в шоке, роняет бокал, и алое вино расплёскивается по шелковым подушкам.
— Капитолий⁈ На жрецов⁈ — выдыхает он, ошеломлённо выпрямляясь. — Как такое возможно? Кто посмел?
Цезарь стряхивает головой, скидывая полупьяное расслабление. Нападение на Капитолий — это вовсе не простая прогулка. Жрецы очень сильны. Для такой дерзости нужна переброска гвардейцев и легионеров с других баз.