И тогда я велела себе сосредоточиться, вдохнуть-выдохнуть, и полностью сконцентрировалась на ребенке. Держа его одной рукой, второй стала медленно поглаживать по голове, перебирая светлые завитки и бормотать успокаивающие слова.
На мгновение Малок замер, взгляд затуманился. Он зевнул и стал закрывать глаза. И тут в ладонь с печатью будто толстая иголка вонзилась — я сжала зубы, чтобы перетерпеть боль. Гадство какое-то! Это что, мне таким образом сигнализируют, что надо торопиться? Подождут. Не люблю, когда меня гонят, как лошадь.
— Глядите-ка, успокоился, — бабушка всплеснула руками. — Послали нам тебя боги, Аннис. А ты, случаем, не добрая волшебница?
Но ответить я не успела. Один из мелких сорванцов изо всех силенок дернул Уголька за хвост, кот взвыл и шарахнулся прочь, по пути поднимая с пола облако рассыпанной муки. Малыш не удержался на ногах, шлепнулся на пятую точку и заревел. Видя слезы брата, захныкал и второй — дом снова наполнился плачем.
Хоть я столько лет имела дело с детьми, но даже не подозревала, как сложно их воспитывать! День предстоит тяжелый…
Мы обошли еще несколько домов.
Пока не вернулись родители, мы собрали всех подопечных бабушки Фанни — так звали эту сердобольную женщину — и разместились в ее доме. У нас получилась отличная команда, Лик, как настоящий мужчина, полностью включился в дело: развлекал детей играми и таскал воду, пока мы готовили кашу и овощи. Я сразу обратила внимание на то, как пахнет местная еда — такая простая, но удивительно ароматная, домашняя, выращенная без химикатов.
На старинную дровяную печь я смотрела с опаской, не знала даже, с какой стороны подступиться, но быстро научилась с ней обращаться. Для самых маленьких я перетерла пюре из кабачков и моркови, остальные получили порцию пшеничной каши и пироги с вишней. У старушки они вышли на удивление вкусными.
Только к вечеру удалось присесть и перевести дух.