Голос швеи звучал глухо, потому что она с головой зарылась в висящие платья.
– Это вы возите ему продукты, – произнесла я задумчиво.
Лурика вздрогнула и вытащила голову из вороха одежды.
– Кто это вам такое сказал? – она сдула в лица прядь волос.
– Вы сами. Сомневаюсь, что кто-то в деревне зовет моего мужа по имени.
Оценив напряженное лицо швеи, я поспешила заверить ее, что никому не расскажу о том, что она помогает советнику. Лурика выдохнула и теперь тоже смотрела на меня по-другому. Несколько секунд мы увлеченно рассматривали друг друга.
"– Я рада, что теперь есть кому о нем позаботиться. Мать продержала его всё детство в клетке. Из стальной клетки он выбрался, а вот из душевной, – она постучала пальцами по пышной груди, – нет.
Я ошарашенно моргнула. Во-первых, у меня даже мысли ни разу не возникло, что эти земли для советника – родные. Я думала, отец когда-то давно подарил ему это поместье за заслуги. А во-вторых: неужели Лурика говорила о настоящей клетке?!
– Почему она держала его в клетке? – я сделала шаг к швее.
Женщина, видимо, поняла, что взболтнула лишнего, и начала суетиться.
– Ох, да что это я старая, совсем заговорилась, несу разные глупости. Пойдемте, Ваше Высочество, я вам еще ткань на шторы покажу.
Можно было надавить на швею и заставить ее всё мне рассказать о детстве Кристофа. Но в таком случае мы с ней вряд ли подружимся. Человек же, на которого я могла бы здесь всецело положиться, был просто необходим.
Ткань на шторы тоже не привела меня в восторг. Но это было лучше, чем те мрачные полотнища, что висели в доме. Лурика пообещала сегодня же сесть за мой заказ. Проходя мимо стола швеи, я остановилась. Среди десятков цветных кусочков, разбросанных по поверхности, я заметила что-то знакомое. Белое с золотым.
Я взяла в руки небольшой клочок ткани и тут же раздосадованно швырнула его обратно.
Дальше меня ждало еще одно разочарование. Кухарка, к которой привела меня Лурика, наотрез отказалась работать в поместье. Не помог ни мой королевский взгляд, ни строгий голос, ни даже угрозы. Моего отца женщина боялась куда меньше, чем моего мужа.