Похоже, он ждал меня на крыльце, но как только увидел, скрылся в доме. Когда я зашла внутрь, его уже и след простыл. Остаток дня я провела в одиночестве, плескаясь в ванне и мысленно расставляя вазы с цветами в покоях. Не появился Кристоф и к вечеру.
– Получается, не так уж вы и держите себя в руках, господин советник, – проговорила я вслух, глядя в зеркало.
Я предполагала, где скрывается мой муж, поэтому, накинув на сорочку халат, отправилась в подземелье. У двери я ненадолго остановилась и прислушалась, но кроме подвывания ветра ничего разобрать не смогла.
Вниз вела крутая лестница. На стенах по обеим сторонам горели факелы, пламя которых взметнулось от сквозняка. Любой другой развернулся бы и пошел назад, но во дворце мы с сестрами облазили все самые мрачные закутки. Чтобы испугать меня, нужно было что-то посерьезнее темной лестницы.
Я осторожно пошла вниз, стараясь двигаться бесшумно.
Кристоф стоял спиной ко мне, склонившись над позолоченной чашей. Она была неглубокой, но по размеру напоминала колодец. Кристоф водил над ней рукой, заставляя воду двигаться по кругу. Внутри мелькали какие-то картинки, и я привстала на цыпочки, пытаясь рассмотреть изображение.
Он сделал плавное движение рукой, зачерпывая немного воды, а потом швырнул ее в сторону. Капли упали на какое-то каменное возвышение, напоминающее ложе, и зашипели. Я снова повернула голову к Кристофу, но советника на прежнем месте не оказалось. Я изумленно моргнула: он ведь только что был здесь!
Я немного высунулась из-за угла, рассматривая помещение, но там по-прежнему было пусто. Только вода в чаше продолжала вращаться. Внезапно затылка коснулось теплое дыхание, заставляя меня замереть на месте.
– Напрасно ты пришла, Алия.
Глава 23
Тело действовало само, словно почувствовало хищника. Я резко развернулась и попыталась прошмыгнуть мимо советника. Проход тут же перегородила трость. Он отрицательно покачал головой, а потом подтолкнул меня внутрь. Взгляд Кристофа был немного рассеянным, как будто он не до конца осознавал происходящее. Я пятилась назад, пока ноги не уперлись в прохладный камень.