И что? Безобразие! Между прочим, совесть иметь надо! Вы ему все объяснили? Так вот, деньги не возвращать. Во всяком случае, все сто процентов. Человек отказывается от путевки вот так по-хамски, в последний момент! Его надо наказать.
Выразив негодование, Оля швырнула трубку на стол, потом схватила чашку и одним глотком осушила ее.
– Вот козел! – заявила она.
– Кто? – полюбопытствовала я.
– Клиент! К сожалению, мой, теперь из зарплаты вычтут."
"– Клиент? Но ты же вроде в НИИ работаешь, в лаборатории.
Оля прикусила нижнюю губу, потом усмехнулась:
– Язык мой – враг мой.
Я кивнула:
– Могила.
Оля налила себе новую порцию кофе.
– Понимаешь, в лаборатории тоска. Я в институт в свое время из-за мамы пошла. Ася считала, что у дочери обязательно должен иметься диплом, ну и не захотела меня слушать. Я-то намеревалась художницей стать, но мама сказала: «Это не профессия, а хобби».
Вот и пришлось мне на химика учиться.
– Почему на химика?
Оля хихикнула:
– Ну особых талантов, кроме как к рисованию, у меня не обнаружилось, в аттестате одни тройки стояли. У мамы же есть друг детства, Юрий Белявский, он ученый-химик, кафедрой заведует в институте, Ася попросила его меня пристроить. Юра выполнил просьбу, я отучилась и вышла на работу.
Оказавшись в лаборатории, Оля затосковала. Здесь трудились увлеченные своим делом люди, подлинные энтузиасты. Разговоры вертелись вокруг одной темы: получился или не получился очередной эксперимент.
Ее ровесников в лаборатории не было. Олю окружали тетки климактерического возраста и траченные молью дядечки. Поболтать было не с кем, сбегать попить кофе тоже. Сотрудники неохотно разговаривали на посторонние темы, зато замечаниями сыпали безостановочно.
Олечку охватывала дикая тоска, когда она думала, что ей придется провести всю жизнь возле склянок с реактивами, просидеть над колбами, слушая заунывные беседы коллег.