Но смотреть против пурги бесполезно, знает он, глаза сразу забивает снегом, сечёт до боли. Увидеть ничего не возможно... Он не видит, но не это для Талгата главное. Он – ощущает... Ощущать он научился давно... Там, в Афгане... Когда стоял в темноте... Двое суток... Не имея возможности выпрямиться или сесть... И считал секунды... По секундам отсчитывал двое суток... До времени, когда надо взрывать фугас, чтобы дать спасение Сохно и радисту... Это невозможно – так считать... И он, конечно же, сбился со счёта.
И потому сейчас знает твёрдо – зря Азиз так спокоен... Талгат чувствует, что Разин и Сохно скоро будут здесь... Это чувство, которое называют «шестым» или просто интуицией.
Талгат разворачивается и быстро догоняет парней. Он совсем не боится остаться один против троих. Не способны они к сопротивлению. Даже если бы не были так измотаны дорогой в пурге, всё равно не способны бы были противостоять ему.
"Сейчас надо только одно – подняться на склон, по старой, пусть и занесённой пургой тропе пройти около пяти километров и свернуть на другую сторону, на склон, скрытый от ветра и снегопада вершиной. Талгат хорошо знает, как «гуляют» среди этих гор ветры. Пурга уйдёт прямо. Туда, где не мешают ей хребты и вершины. Она всегда выбирает более лёгкий путь. А он уходит за боковой склон, он там прячется и уже в спокойной обстановке преодолевает ещё три километра до дороги.