С меня будут спрашивать. Завтра утром меня вызывает по этому вопросу генеральный директор.
– Хорошо. С Басаргиным говорить будешь?
Доктор протянул трубку Александру. Разговор по-прежнему слышно всем.
– Здравствуй, Саня... Что там с тобой произошло?
– Здравствуй. Меня вчера «повязали», как мелкого наркоторговца... Ладно бы, просто наркоторговца... А то ведь – мелкого... Обижают... И закрыли в «обезьянник», где я благополучно прокоротал ночь вместе с двумя бомжами и одним недоразвитым юным хулиганом.
– И как твоя наркоторговля? Прибыль приносит?
– Ментовская довольно грубая провокация.
– Но – как завершилось? Всё нормально?
– Да. Сегодня приступаем к разработке адресов. По другому вопросу подключаем Мочилова.
– По какому?
– Новый вопрос возник в моё отсутствие. Ребята удачно разбираются. Но помощь Мочилова необходима.
– Хорошо. Жду с нетерпением подробностей.
– Понял. Жду. Доклад пошлю вечером, когда будут какие-то результаты поиска.
Костромин отключает трубку. Доктор оборачивается на вошедшего Ангела.
– Благодарю за заботу, – Ангел протягивает пустую чашку Александре, – но я привык пить кружками, как Доктор. Поэтому не откажусь от повторной дозы.
– Я сварю свежий... Натуральный... Растворимый мы пили в спешке.
Она с улыбкой выходит на кухню. Ангел поднимает глаза на Басаргина.
– Доктор говорит, ты плотно работал с Мочиловым?
– Было дело. И даже вместе с вашим генералом... Я имею в виду генерала ФСБ...
– С которым? У нас их много. Вернее, у них... Я так и не привык до конца...
– С Легкоступовым.
– Тогда я понял, что это за дело... А Мочилов – не тот полковник, который гражданский самолёт использовал в качестве танка?
– Он самый.
– Тогда я и о нём имею представление. Телефон знаешь?
– Конечно. – Ангел берёт в руку трубку спутниковой связи и набирает номер. Громкость никто не убрал. – О чём договариваться?
– Операция «Троянский конь». Он поймёт. Надо «сплавить» куда-то ментов.
– Алло! Юрий Петрович?
– Я слушаю."
"– Ангелов беспокоит.